Лоркан обхватил ее за талию, причинив ей боль. Он был слишком тяжелый; его вес давил на больную лодыжку. Несмотря на ее усилия, он не встал.

— Пожалуйста, вставай!

Его темные глаза остановились на лошади. Словно понимая, что от нее требуется, Фараша медленно приблизилась. Лоркан сумел ухватиться за нижние ремни седла, другую руку опустил на плечо Элиды. Потянулся, пытаясь встать.

Его дыхание стало поверхностным и прерывистым. Рана на животе потекла свежей кровью. Когда он приподнялся, Элида увидела еще одну рану, рассекающую его спину. Сквозь эту страшную рану торчала кость.

Элида задохнулась от ужаса.

Сцепив зубы, девушка нырнула под плечо Лоркана, укладывая его руку себе на плечо.

Бедро и лодыжка отозвались болью.

Лоркан потянул. Фараша стояла, будто вкопанная. Мужчина застонал, покачнулся.

— Не останавливайся, — прошипела Элида. — Не смей останавливаться!

От навалившейся тяжести у нее перехватило дыхание. Но Лоркан выстоял, перемещаясь дюйм за дюймом. Сняв руку с плеча Элиды, он дернулся, чтобы ухватиться за седло.

Лоркан задыхался. Из ран текла свежая кровь. Эта поездка будет для него агонией, но выбора не было.

— Наверх! — Элида скрыла из голоса обуревающие ее ужас и отчаяние. — Садись в седло.

Лоркан уткнулся лбом в седло. Элида обняла его за талию.

— Ты не собирался умирать, — огрызнулась она. — И ты еще не умер. Мы еще не умерли! Так что садись в это седло!

Но все силы Лоркана ушли на поддержание дыхания. Он стоял, не шевелясь, с каждой секундой становясь тяжелее.

— Я обещала находить тебя всегда. Обещала — а ты обещал мне. И я здесь, я пришла за тобой. Я здесь для тебя, ты понимаешь? И мы должны залезть на эту лошадь, потому что для нас это единственный шанс!

Дыхание Лоркана на секунду прервалось. Затем, стиснув зубы, мужчина схватился за седло и, превозмогая боль, сумел вставить ногу в стремя. Элида стояла у него за спиной, поддерживая. Ее ноги по щиколотку утопали в грязи. Страх, что плотину вот-вот прорвет, гнал ее вперед.

— Вставай! — ее крик заглушил отдаленные крики солдат. — Садись в это седло сейчас!

Но Лоркан не двигался; его тело дрожало.

От испуга Элида закричала:

— Встань сейчас же! — и с усилием толкнула мужчину вверх.

Лоркан издал рев, от которого у Элиды заложило уши. Седло скрипнуло, а из ран хлынула кровь, но он поднялся и опустился в седло.

Элида вложила в толчок весь свой вес. И тут же распахнула глаза от пронзающей боли: в лодыжке что-то сломалось. Она споткнулась, отпуская руки. Но Лоркан уже положил ногу на другую сторону лошади. На большее его сил не хватило. Он опустился к шее коня, свесил руки, стараясь обхватить лошадиные бока. Его черные волосы касались гривы Фараши.

Сжав зубы от боли, Элида выпрямилась и посмотрела вдаль. Окровавленная рука проскользила по телу Фараши, безвольно повисая.

Элида проигнорировала это. Сейчас не важно. Она посадила его в седло, теперь нужно доставить его в крепость.

Хромая, девушка отступила на шаг. Запрещая себе чувствовать боль, Элида разогналась и прыгнула.

Лоркан схватил ее за рубашку, помогая. Элида вцепилась в гриву лошади. Мужчина притянул Элиду, практически затащив ее к себе на колени. Выпрямляясь, она услышала позади себя стон.

Что ж, она сделала это! Села на лошадь и взяла поводья. Лоркан обнял ее за талию, положив голову ей на плечо. Его вес давил, но Элида была этому рада.

Со стороны плотины взлетел ракин, несущий золотое знамя. Времени осталось слишком мало.

Элида дернула повод.

— В крепость, друг, — сказала она, ударяя каблуком в бока. — Лети быстрее ветра.

Фараша подчинилась. Услышав за спиной стон боли, Элида обернулась. Убедилась, что Лоркан хорошо сидит в седле, несмотря на удары, что заставляли его мучиться.

— Быстрее, Фараша! — подгоняла Элида, направляя лошадь к крепости.

Этот путь показался Элиде ужасно долгим. Крепость находилась слишком далеко. А главное, еще один вопрос оставался открытым: ждал ли их кто-то?

Держал ли для них ворота?

Каждый удар копыт по земле вторил молчаливой молитве Элиды, пока они неслись по равнине.

«Пожалуйста, придержите ворота!».

Глава 61

Агония была песней в крови Лоркана, его костях, его дыхании.

Каждый шаг лошади, каждый прыжок, который она совершала над телами и обломками, посылал ему звенящую боль. Там не было конца, нет пощады от этого. Это было все, что он мог сделать, чтобы держаться в седле, цепляться за сознание.

Обнимать Элиду.

Она пришла за ним. Как-то нашла его на этом бесконечном поле битвы.