— Стигианские пауки — это Валги.

Тишина.

— Мы встретили их родственников, кхаранкуи, глубоко в Дагульских пустошах. Они пришли в этот мир через временную трещину и остались после этого, чтобы охранять вход, если он когда-нибудь появится.

— Это не может закончиться хорошо, — пробормотал Фенрис. Элида кивнула в согласии.

— Они питаются мечтами, годами и жизнью, — сказал Фалкан, положив руку на сердце. — Как говорили мои друзья, Валги.

Аэлина видела, как князья Валги истощают человека до последней капли молодости и силы, и оставляют только высушенный труп. Она не ожидала такого же подарка от пауков.

— Что это значит для войны? — спросил Рован, большие пальцы поглаживали шею Аэлины.

— Они присоединятся к силам Эравана, это в лучшем случае, — бросил Лоркан с таким лицом, словно камень.

— Они не реагируют на Эравана, — тихо сказала Несрин, и Аэлина поняла. Поняла, прежде чем услышала, сочувствие и страх заныли в ее костях, прежде чем Несрин закончила. — Стигианские пауки, кхаранкуи, реагируют на свою королеву Валгов. Единственную королеву Валгов. Маэву.

Глава 50, часть 1

Руки Рована сжались на плечах Аэлины, когда слова дошли до нее, пустые и холодные.

— Маэва — королева Валгов? — выдохнул он.

Аэлина ничего не сказала. Не смогла найти слов.

Ее сила взметнулась. Но она этого не почувствовала.

Несрин мрачно кивнула.

— Да. Кхаранкуи рассказали нам всю историю.

И Несрин рассказала. О том, как Маэва каким-то образом нашла путь в этот мир, сбежала или ей просто наскучил ее муж, Оркус. Старший брат Эравана. О том, как Эраван, Оркус и Мантикс разрушили миры, чтобы найти ее, пропавшую жену Оркуса, и остались здесь только потому, что Фэ поднялись, бросили им вызов. Фэ во главе с Маэвой, которую короли Валгов не узнали или не признали в таком виде.

Жизнь, которую она создала для себя. Она подчинила умы всех существующих Фэ, убедив их, что было три королевы, а не две. Включая умы Мэбы и Моры, двух сестер-королев, которые правили в Доранелле. В том числе и самого Брэннона.

— Пауки утверждали, — продолжила Несрин, — что даже Брэннон не знал. Даже сейчас, в потустороннем мире, он не знает. Вот как глубоко проникли силы Маэвы во все умы. Она сделала себя настоящей королевой.

Слова, правда обрушились на Аэлину, одно за другим.

Лицо Элиды было бледным, как у смерти.

— Но она боится целителей. — она кивнула на Ирэн. — Ты сказала, что она держит сову — порабощенного целителя Фэ — на случай, если Валги раскроют ее.

Это был еще один кусочек правды. Была другая вещь, обнаруженная Ирэн, Несрин и Шаолом самостоятельно. Валги были паразитами. Ирэн могла излечить их человеческих хозяев. Сделала это для принцессы Дувы. И могла бы сделать для остальных порабощенных кольцами или ошейниками.

Но то, что заразило Дуву… Принцесса Валгов.

Аэлина откинулась на спинку стула, положив голову на твердую стену тела Рована. Его руки тряслись на ее плечах. Шок, когда он представил, что проникло в его разум. Откуда происходила сила Маэвы, если она позволяла ей делать такое. Почему она оставалась бессмертной и нестареющей и пережила других. Почему Маэва владела тьмой.

— Именно поэтому она боится огня, — сказал Сартак, дернув подбородком в сторону Аэлины. — Почему она так боится тебя.

И почему она хотела сломать ее. Чтобы она стала такой же, как этот порабощенный целитель, превращенный в сову.

— Я подумала, — однажды мне удалось порезать ее, — наконец сказала Аэлина. Та тихая, древняя тьма толкала ее, тащила ее вниз, вниз, вниз… — Я видела ее черную кровь. Затем она стала красной. — она вздохнула, выныривая из темноты, тишины, которая хотела поглотить ее всю. Выпрямилась. Поглядела на Фенриса. — Ты сказал, что ее кровь казалась тебе обычной, когда ты поклялся.

Белый волк превратился обратно в его тело Фэ. Его бронзовая кожа была пепельной, в темных глазах виднелся ужас.

— Казалась.

Рован зарычал:

— Со мной было тоже самое.

— Из-за магии, которую она поддерживает, — задумался Гавриэль.

Несрин кивнула.

— Из того, что говорили пауки, вполне возможно, что она убедила вас, будто ее кровь выглядит и чувствуется, как кровь Фэ.

Фенрис выглядел так, как будто ему больно. Аэлина выглядела так же.

Вдалеке всколыхнулось воспоминание, которое им не являлось. О летних ночах, проведенных в лесной долине, Маэва обучала ее. Рассказывала ей историю о королеве, которая перемещалась между мирами.

О той, кто была не довольна тем королевством, в котором она родилась, и она нашла способ покинуть его, используя потерянное знание древних путников. Путешественники между мирами.