Лоркан загородил Элиду.

– Отступаем в болота, – объявил он Ровану.

Лицо фэйского принца было каменным. Он смотрел то на флотилию, то на отряд, занявший берег.

– Если отступим, сумеем их обойти, – добавил Лоркан.

– Они не собираются нападать, – сказала Аэлина, засовывая вспотевшие руки в карманы.

– Тебе это подсказывает твой многолетний боевой опыт? – усмехнулся Лоркан.

– Попридержи язык, – бросил ему Рован.

– Сражаться в таком состоянии – это бред, – сплюнул Лоркан, поворачиваясь к Элиде. – Мы измотаны. У нас нет сил.

Лоркан потянулся к плечу Элиды, но его рука наткнулась на совсем тоненькую стенку огня. На большее Аэлину не хватило. С другой стороны блестели железные ногти Маноны.

– Никуда ты Элиду не заберешь, – прошипела ведьма. – Ни сейчас, ни вообще.

Лоркан выпрямился во весь рост. Он был готов вступить в стычку с обеими, но тут Элида коснулась своей худенькой ручкой его руки, сжимавшей эфес меча.

– Манона, я выбрала его, – сказала она.

– Это мы обсудим позже, – заявила Манона, взглянув на их руки.

– И в другом месте, – добавила Аэлина, заметив, что женщина в плаще и ее солдаты двинулись им навстречу.

– А с тобой мы еще не закончили, – буркнул Рован.

– Думаешь, я этого не знаю? – усмехнулась Аэлина.

Но Лоркан уже пробирался туда, где стоял Рован. И он тоже, собрав остатки своей магии, направил ее в сторону чужих кораблей. Сам Лоркан приготовился к обороне.

Спутники Аэлины всерьез готовились к бою. Эдион снял со спины щит. Фенрис и Гарель сжимали мечи.

– Идем поздороваемся, – предложила она Ровану.

– Ты в своем…

Но Аэлина уже спускалась с гребня вниз. Она шла с высоко поднятой головой, стараясь не упасть на сыпучем песке. Ее спутникам не оставалось иного, как тоже начать спуск. Аэлина спиной чувствовала их напряжение и очень опасалась какой-нибудь дурацкой случайности.

Солдаты были в тяжелых серых доспехах, успевших пообтрепаться. Грубые, обветренные лица, глаза следят за спускавшимися. Фенрис рявкнул на одного, и солдат отвел глаза.

Потом женщина в сером плаще остановилась и откинула капюшон. Ее движения были полны кошачьего изящества.

Об этой женщине Аэлина знала все.

Ее ровесница. Красно-рыжие волосы – настоящие. Глаза красно-коричневого цвета Аэлина видела только у нее и больше нигде никогда не встречала. Волчья голова на эфесе тяжелого боевого меча была фамильным гербом этой женщины. Аэлине были знакомы россыпи веснушек на щеках, широкий смеющийся рот, обманчиво тонкие руки, имевшие крепкие, как камень, мускулы.

Полные губы сложились в ленивую улыбку, и Ансель из Верескового Утеса, королева Западного края, спросила:

– А скажи-ка, Аэлина, кто тебе позволил называться моим именем во время поединков в ямах?

– Мне, Ансель, не требовалось твоего позволения. Я честно заработала его в тот день, когда пощадила твою трусливую шкуру.

Нагловатая улыбка стала еще шире.

– Ну здравствуй, сучка, – промурлыкала Ансель.

– Здравствуй, предательница, – тем же тоном ответила Аэлина, поглядывая на внушительную армаду. – Похоже, ты не опоздала.

Аэлина почувствовала полное замешательство своих соратников, когда Ансель церемонно поклонилась и махнула рукой в сторону кораблей:

– Просьба исполнена. Флот на месте.

– А что солдатики у тебя такие потрепанные? – усмехнулась Аэлина.

– Они всегда так выглядят. Я без конца стараюсь привить им внимание к внешнему виду и облагородить их внутри, но… ты же знаешь, каковы мужчины.

Аэлина снова усмехнулась. Меж тем замешательство ее соратников переходило в иное состояние, и этот огонь требовалось погасить, не дав ему разгореться.

К Аэлине подошла Манона. Ветер играл прядями ее белых волос.

– Флот Мелисанды подчиняется Морату. Если ты решила взять в союзницы эту… особу, с таким же успехом ты бы могла подписать договор с самим Эраваном.

Увидев железные зубы и ногти, Ансель побледнела. Аэлина вспомнила историю, когда-то рассказанную ей бывшим ассасином, а ныне королевой Западного края. Ей вспомнилась и ночь в холмистой пустыне, под звездным покрывалом. Сама история была жуткая: в детстве подругу Ансель заживо съела Железнозубая ведьма.

Меж тем, когда у Ансель убили семью и она, спасаясь бегством, набрела на лагерь Железнозубых ведьм, ее они не тронули.

– Ансель не из Мелисанды, – объяснила ведьме Аэлина. – Западный край состоит в союзе с Террасеном.

Эдион не знал, что и думать. Он смотрел то на корабли, то на рыжеволосую женщину.

– Кто она такая, чтобы говорить от имени Западного края? – спросила Манона Черноклювая.

Таким голосом вполне могла бы говорить смерть.

Аэлина досадливо поморщилась: