– Наверное, таким был и остров на древней родине фэйцев, пока не превратился в Тюрьму. Это было, когда там правила Тейя, а потом Силена все испортила. Оба острова – «тонкие места». Возможно, они каким-то образом связаны, и в том мире… кто знает, может, и земля вокруг Тюрьмы пробудилась.

– Есть только один способ проверить, так ли это.

Брайс фыркнула:

– Сомневаюсь, что они когда-нибудь снова пустят меня в свой мир.

– А как ты думаешь, есть шансы убедить тех фэйцев сражаться на нашей стороне?

– Нет. Вообще-то, я не знаю, как бы они ответили, но… я бы не рискнула просить их об этом. И не только их.

– Беру назад свои слова про отдых от составления планов. Нужно безотлагательно выстраивать нашу дальнейшую стратегию.

Ханту было противно взваливать эту ношу на плечи Брайс, но нужно двигаться дальше. Брайс права: нельзя прятаться здесь.

– Астерии явно ждут от нас ответного удара за содеянное. Возможно, Ригелус рассчитывает, что мы попытаемся собрать армию и атаковать их, но это провальный замысел. Мы всегда будем уступать им по вооружению и численности войск. – Хант покачал головой. – Брайс, я… одну армию я уже потерял.

– Знаю.

Но Хант не хотел менять тему.

– Мы обсуждаем уничтожение шестерых астериев. Если бы нашим противником был один Ригелус, это еще туда-сюда… но всех шестерых? Мы что, разделим их? Будем убивать по одному?

– Нет. У других осталась бы возможность для контрудара. Мы ударим сразу по шестерым. Объединенными усилиями.

– Пора открывать портал для Хела?

Брайс молча кивнула. Хант смотрел, как теплый ветер нежно ерошит ей волосы.

– И куда это нас приведет? – спросил он.

Звезда на груди Брайс засветилась.

– Мы отправимся в Нену. Открывать Северный Разлом.

– Ты с ума… Хорошо. Забудем на время о масштабности этого маневра и предположим – все пройдет успешно. Что дальше? Ворвемся в Вечный Дворец и начнем крушить астериев?

Брайс вновь подняла глаза к островам и сверкающему морю. Ее лицо сделалось серьезным и величественным. Хант на мгновение увидел лидера, каким она станет, если они уцелеют.

– О чем нам постоянно твердил Ригелус? – спросила Брайс.

– О том, что стоим у него поперек горла?

Она усмехнулась.

– Ригелус изменил своему обыкновению и предложил тебе свободу. – Брайс указала на запястье Ханта, где вновь чернело клеймо. – Это была приманка для меня, чтобы я не распространялась насчет убийства Микая. И чтобы ты помалкивал про убийство Сандриелы.

– Ты хочешь рассказать об этом на весь Мидгард? – удивился Хант.

– Думаю, Ригелус и вся его шайка беспокоятся, как бы мир не узнал о наших подвигах. О том, что их драгоценных архангелов можно убить, и сделать это может кто угодно.

Теперь уже Хант усмехнулся, заметив ей:

– Мы-то с тобой далеко не кто угодно.

– Конечно. Но я по-прежнему намерена показать Мидгарду, что архангелы не заговорены от истребления.

– Так, это… впечатляет. – При одной мысли о затее Брайс кровь понеслась у него по жилам. Ригелус свихнется. – Но что ты достигнешь своим показом?

– Информационное пространство забурлит, и на какое-то время астериям станет не до нас. – Брайс хищно улыбнулась. Ее улыбка лишь слегка напоминала улыбку отца, чье тело теперь лежало глубоко под землей. – Это отвлечет их куда надежнее, чем любая армия из Хела.

– Хорошая идея, – признался Хант, продолжая думать над замыслом своей истинной пары. – Честное слово, хорошее. Но как ты это докажешь? Зрителям придется поверить тебе на слово, а астерии немедленно выступят с опровержением.

– Потому мне и надо переговорить с Джезибой.

– О чем?

Брайс встала и протянула Ханту руку:

– Видеокамеры галереи зафиксировали мою расправу над Микаем. У нее сохранились записи.

* * *

Перед Итаном простирался мидгардский рай. Прозрачнейшее море, сочная зелень, речки и водопады, несущие свои воды к морю, тончайший песок побережья, щебетание птиц…

Но это не усыпило его бдительность. Лодка бросила якорь в бухточке. Последние несколько футов до берега ему и Гипаксии пришлось идти по воде.

– Куда теперь? – спросил он бывшую королеву ведьм, пристально оглядывая густую растительность на границе побережья и окрестные холмы. – Джезиба говорила, что замок в нескольких милях от берега, но, пока мы плыли, я не видел ничего похожего.

Сверху послышалось хлопанье крыльев. Верный инстинкту, Итан тут же превратился в волка, заслонил собой Гипаксию, поднял морду и зарычал.

Через мгновение ему в ноздри ударили два запаха.

Все мысли улетучились из головы Итана, когда на песок опустился Хант Аталар, держа на руках Брайс.

Итан, вернувший себе гуманоидный облик, сидел в траве напротив Брайс и Ханта и не мог заставить себя произнести ни слова. Гипаксия, расположившаяся рядом, тоже молчала, не мешая ему думать.