Мия громко хохочет. От ее широкой улыбки ямочки на щеках делаются еще глубже. Эти круглые щечки как будто специально созданы для поцелуев.

– Еще нет! – взвизгивает она.

И я под столом сжимаю ее пальцы. Еще нет.

Она не говорит «никогда»… Просто еще нет.

Я смотрю на Мию, и мое сердце бьется быстрее. Безумное видение, посетившее меня несколько месяцев назад, кажется почти реальностью, до него словно можно дотянуться. Тогда это казалось невозможным, а теперь…

Не в силах сдержать волнение, Мия вырывает руку из моей хватки и демонстрирует на пальце кольцо с бриллиантами.

– Мы обручились!

Мама вскрикивает, и ее крик на мгновение заставляет замолчать весь бар. Пол улыбается, и это хороший знак. Я ловлю себя на том, что ищу в его реакции признаки того, что он разочарован, что я недостаточно хорош для его единственной дочери, что она могла бы найти кого-то получше, но не нахожу. Он встает, берет меня за руку и сжимает в яростных медвежьих объятиях.

– Я горжусь тобой, – бормочет он, и это заглушает навязчивые мысли.

Следует утомительный обмен объятиями и вопросами, и еще сотня демонстраций кольца. Когда волнение наконец утихает, я даже не успеваю допить свой напиток. Мы начинаем обсуждать дату и место. Женщины приходят в восторг от идеи устроить вечеринку в домике у озера. Я почти не слушаю их разговор, просто купаюсь в лучах радости Мии.

Атмосфера – умиротворяющая и расслабляющая, и я думаю, что все будет хорошо. До тех пор, пока нам на стол не кладут меню караоке и моя невеста не начинает вся лучиться озорным восторгом. Я тоже едва сдерживаю смех, потому что точно знаю, о чем она думает.

Притянув ее к себе, я тихо шепчу Мии на ухо:

– Даже не думай об этом, котенок.

Но она особа упрямая, и ее не остановить.

Она хватает карандаш и смеется.

– Да ладно тебе, Гаррет. Ты совершал куда более безумные вещи на сцене.

– Только не снова! – визжу я, когда он нажимает кнопку на розовом вибраторе.

Приборчик оживает, и в тот момент, когда он касается моего клитора, даже на минимальном уровне, я как будто растворяюсь.

– Еще разок, котенок, – бормочет Гаррет, уткнувшись носом мне в бедро, почти против моей воли доводя меня до еще одного оргазма. – Еще один разок.

Это уже четвертый раз за вечер. И это не считая утренних оргазмов или того, который Гаррет подарил мне, когда мы были в лифте отеля – под объективами камер наблюдения. Это чудо, как нас еще не выставили за дверь.

Но у нас не просто отпуск по поводу нашей годовщины. У нас миссия. Гаррет забирается на меня и жадным поцелуем успокаивает бессвязные мысли.

– Я же говорил, что у меня для тебя сюрприз, помнишь?

– Хм-м-м, – отвечаю я.

Я такая сонная, что у меня слипаются глаза.

– Посмотри на меня, котенок, – командует он, откидываясь назад, и становится на колени между моими ногами.

Украдкой взглянув на него, я замечаю в его руках прозрачный пузырек со смазкой, и мои глаза распахиваются. Я приподнимаюсь на локтях, во рту мгновенно пересыхает, пульс учащается.

– Прямо сейчас?

Он кивает.

– Детей так не делают, Гаррет, – говорю я, глядя на него с похотью и возбуждением в глазах.

– Мне кажется, что на этой неделе у нас было достаточно секса, чтобы сделать ребенка, котенок. Я так накачал тебя спермой, что ты просто не могла не залететь.

Я сглатываю комок в горле. От его слов мой живот подвергается атаке целой армии бабочек. Не только при понимании о том, что меня накачают спермой, – я уже ей накачана под завязку, – но при мысли о ребенке внутри.

Крышка флакона со щелчком открывается, и Гаррет осторожно капает на пальцы две капельки смазки.

– Помнишь «Ночь Вуайериста» в клубе? – спрашивает он, раздвигая мои ноги и бережно потирая тугую дырочку.

Мой рот приоткрывается, и я без сил откидываюсь спиной на матрас.

– Разве я могу забыть? – отвечаю я с хриплым всхлипом.

– Вид твоей хорошенькой попки с красивым зеленым камнем, зажатым между ягодиц. Все в Брайар-Пойнт помнят ту ночь.

С этими словами он вводит палец внутрь меня, и я ахаю. Гаррет медленно двигает им взад-вперед, добавляет второй палец, и я вскоре превращаюсь в корчащуюся, задыхающуюся массу желания.

– Просто трахни меня, Гаррет, – умоляю я, и он отвечает тихим смешком.

– Но я обожаю дразнить тебя.

– Ты паршивец, – игриво бормочу я.

Пузырек щелкает снова. Я поднимаю глаза и вижу, как он смазывает гелем член.

Почувствовав головку у своего заднего прохода, я напрягаюсь и зажмуриваю глаза. Но вместо того, чтобы двигаться вперед, Гаррет отстраняется.

– Ты знаешь правила, котенок.

Мои веки распахиваются, и я смотрю на него. Озорные голубые глаза смотрят в ответ, полные любви и счастья, и я едва не плачу. Анал – действительно странное время для счастливых слез, но с Гарретом ничего обычного не бывает.

– Поцелуй меня, – шепчу я.