Протест в виде всхлипа вырывается, когда бандит погружает в меня два пальца, проталкивая их внутрь слишком резко и бесцеремонно. Щеки обдает жаром – не от возбуждения, от стыда, что он вытворяет такое средь бела дня! Если раньше я могла потеряться где-то в темноте, в поисках мнимой защиты, то сейчас вынуждена смотреть в его гладко выбритое самодовольное лицо при ярком солнце, заливающем всю спальню. Холодная свисающая цепочка болтается, прикасаясь к моему лицу.

Зажмуриваюсь, пытаясь абстрагироваться, но Артем не позволяет:

– Смотри на меня! – Он начинает толкаться сильнее, сгибая пальцы внутри, отчего я дергаюсь, пытаясь отодвинуться. Нехотя подняв веки, впиваюсь ненавидящим взглядом в его темные глаза, до боли стискивая челюсть. – Все уяснила? Две таблетки, Сара, прям щас! – С этими словами Князев вытаскивает свои проклятые грабли и, поднявшись, не отводя взгляда от моего лица засовывает их в свой рот, облизывая. Произойди подобное при других обстоятельствах, я бы назвала его в очередной раз ненормальным, но сейчас просто смотрю, распахнув глаза, как он с видом довольного кота проделывает странные и постыдные, на мой взгляд, вещи…

Снова натянув на себя одеяло, отползаю к спинке кровати, подальше от Артема.

– Собирайся, в пару мест заехать надо, – произносит он то, чего больше всего я и боялась.

– Куда? – Закусываю губу в надежде услышать что угодно, но только не про загс. Хотя, насколько мне известно, в Штатах другая система заключения браков, не как у нас. Для начала мы должны получить разрешение на брак, и вряд ли Артему удалось бы это сделать за сегодняшнюю ночь. Ведь он был безумно занят измывательством над моим телом!..

– Быстрее, у тебя полчаса, – сухо приказывает он и выходит из спальни, оставляя меня наедине с собственной токсичностью, пока я отбрасываю прилипшие к шее волосы, которые колются и ощущаются неприятно.

Часы на прикроватной тумбочке показывают восемь часов утра, при том что уснула я не раньше четырех. А вот по этому бесчестному даже не скажешь, что он не выспался. Выглядит так, словно с обложки журнала сошел. Привык, наверное, в своем мафиозном мирке вести подобный образ жизни, в котором сон запрещен.

Неохотно и лениво поднимаюсь с постели и топаю в ванную комнату. Естественно, я делаю все с точностью до наоборот, лишь бы насолить Артему: каждое мое движение размеренное и неторопливое, с оттенком лени. Намыливаю тело гелем, размазываю по коже, вдыхая невероятный аромат вишни, и вспениваю; теплая вода приятно щекочет, смывая весь негатив и усталость. Мама всегда говорила, что вода смывает плохой день, вот только у меня плохой день длится уже долгие месяцы…

После проведенной ночи внизу все неприятно тянет и ноет. Мне бы постельный режим, но в планах принудительное замужество. «Да уж, – усмехаюсь своим невеселым мыслям, – влипла я, конечно, не на шутку. Как мне с ним теперь жить под одной крышей? Сколько продлится этот брак? И самое главное – как защититься от сексуальных нападок и принуждения? Ведь слова «нет» Артем Князев не знает».

После освежающего душа я чищу зубы единственной имеющейся в доме щеткой. Естественно, это щетка Артема, но мне наплевать. Какой смысл брезговать, если наша микрофлора и слюни давно смешивались, причем неоднократно?

Вещей сменных с собой нет, поэтому я надеваю свою кофту и брюки. Расчески не обнаруживаю, фена, соответственно, тоже, поэтому просто приглаживаю ладонями влажные волосы и выхожу из спальни навстречу новому, не совсем воодушевляющему этапу моей жизни.

Пальцы отбивают чечетку по подлокотнику кресла в рабочем кабинете (привычка, от которой никак, бля, избавиться не могу, в моменты раздумий автоматом начинаю барабанить). Нервишки б подлечить.

Не думал, что перетрухаю так, по сути, за левую телку, что по стечению обстоятельств задержалась в моей гнилой жизни. Когда увидел, как она очутилась в лапах японской шавки, понял, что втянул девку в дела, ее не касающиеся. Только понять один хер не могу: баб через меня дохера прошло, но почему именно к ней, какого-то лешего, почувствовал что-то. А Араи, сука, не дремлет, подметил, почуял, пес бродячий!

Нельзя рядом с собой никого держать, и Делла правильно сделала, когда сбежала, решив отречься от меня и клана. Из нас двоих она оказалась башковитее, сумев отказаться от привычного уклада жизни. Ну а я погряз в крови по самое не хочу, и съебаться из этого болота вряд ли когда-нибудь удастся.

Откидываю голову назад, закрывая глаза. Столько проблем образовалось: нужно заменить погибших после вчерашней бойни новыми солдатами, обострение на границе, ожидание, откуда следующий удар от якудз поступит, и решение, где ударить самим. Плюс ко всему Адалин в полном отказе, даже слышать не хочет. А я, бля, чем занимаюсь?! Женюсь! Вот уж не думал не гадал, что в один день придется сковать себя узами… или как там эту лабуду, придуманную для баб, называют… Но это единственный варик, чтоб девчонку не грохнули. Та оставшаяся капля совести твердит, что не должны невинные страдать из-за таких, как я, отвечать за чужие поступки.