Страх липкими тисками охватывает всё нутро, когда к бедру прикасается каменная эрекция. Страх не только от лишения девственности, но и от того, что он может заметить её… Через пару минут он окажется внутри меня. Стараясь глубоко дышать и забыться, кладу руки на плечи мужа и поглаживаю, это максимум, на что я способна в своих смелых сексуальных действиях.

Тем временем мужчина перемещается с шеи к губам, покусывая их. Максимилиан устраивается поудобнее, не прерывая поцелуя, и я чувствую, как головка члена скользит по моему входу, как бы дразня.

– Такая влажная, – одержимо шепчет, надавливая членом.

– Макс… – шепчу, сама не зная зачем. Что я прошу от него в этот момент? Не делать этого или наоборот ускориться, не томя в ожидании?

Не подавай виду, что тебе будет больно. Терпи, терпи, Ариела!

Максимилиан делает один резкий толчок, врываясь в меня. Чувство, как будто острые иглы пронзают всю нижнюю часть тела, заставляют непроизвольно вскрикнуть и выгнуться в пояснице под нависающим сверху мужчиной. Я закрываю рот ладонями, чтобы заглушить стон боли.

– Ариела? – муж замирает, ловя затуманенный взгляд, а затем выходит из меня, и мы оба смотрим на его член с каплей крови на головке. – Что за ху*ня?!

Это фиаско…

Не ожидала, что это будет настолько больно… Я читала в интернете про лишение девственности, но там было написано, что плевы на самом деле не существует, и если партнёр хорошо возбудит, то боли и крови не будет. Я определённо возбуждена, выходит, там была написана неправда…

– Прости… – закрываю лицо руками, чтобы скрыть накатившие слёзы. Боже, какая я дура. Так опозорилась.

– Ты девственница?! – как будто даже и не ожидая ответа, спрашивает он в воздух. – Зачем ты обманывала меня, Ариела?!

– Я испугалась… – шмыгаю носом всхлипывая.

Максимилиан насильно убирает мои руки от лица.

– Посмотри на меня, – требовательно произносит. Поднимаю глаза полные слёз на укоризненное лицо мужа. – Почему не сказала после, когда мы прилетели в Лос-Анджелес?

– Боялась… надеялась, ты не заметишь…

– Сумасшедшая девчонка! Столько вытерпела от меня и молчала! – прикладывает свой лоб к моему. – Прости, за всё пережитое, Ари.

– Простила, когда ты вчера сказал, что больше никогда не упрекнёшь… – и это правда! Слова Максимилиана о том, что больше он меня не будет попрекать другими мужчинами, заставило простить ему всё на свете и уважать ещё сильнее.

– Очень больно было? – муж обсыпает заплаканное лицо нежными поцелуями. – Моя маленькая.

– Уже прошло, – боль, как пришла, так же быстро и отступила, оставив только лёгкое жжение. – Возьми меня, – неожиданно для нас обоих шепчу в губы мужа.

Дважды приглашать не требуется, намного аккуратнее и медленнее, чем в первый раз, он входит в меня, постепенно растягивая стенки. Неприятное жжение усиливается, но я стараюсь дышать и сосредоточиться больше на удовольствии, чем на боли.

– Скажи, если почувствуешь дискомфорт, – Макс тяжело дышит, вены на шее вздуты, лицо напряжено. Видно, что он старается не сделать мне больно и быть аккуратным. Наверное, он не привык сдерживаться.

Постепенно я начинаю всё больше расслабляться, отдаваясь во власть страсти, а каждый толчок вызывает напряжение и тянущее чувство там, внизу. Наше учащённое дыхание сливается воедино, движения сильнее, с каждым разом я ощущаю, как муж проникает глубже, подстраивая меня под себя.

– Макс… – со лба скатывается капля пота, дыхание становится рваным, а с губ начинают срываться стоны.

– Кончи для меня, малышка! – хрипло рычит муж, облизывая мою шею. Его слова, голос доводят меня до пика, сбрасывая со скалы в пучину наслаждения. На этот раз я выгибаюсь от удовольствия, а не от боли. Протяжный стон заполняет пространство. Пока тело содрогается в экстазе, муж усиливает толчки и достигает разрядки следом за мной, звериный рык звучит над ухом: – Моя-я-я!

– Хочу ещё… – шепчу на ухо мужу, прижимаясь к нему всем телом.

– Какая ненасытная! Нет, не сегодня Ариела, тебе нужно отдохнуть. – оставляет поцелуй на губах и поднимается, уходя в ванную. Я слышу звук воды и решаю, что Максимилиан принимает душ, но он возвращается, держа в руках полотенце.

Когда я понимаю, что он хочет сделать, сжимаю крепко ноги.

– Не нужно, я сама!..

– Не дёргайся, – властно разводит мои бёдра в стороны и влажной тканью протирает «там» остатки крови и следы нашей страсти.

Щёки заливает румянец. Чем не романтика своего рода?

– Вы только посмотрите на него! – иронично начинаю я. – Сам глава «Galante Family» вытирает девственную кровь своей жены!

Максимилиан поднимает на меня свой фирменный убийственный взгляд, и я умолкаю, пытаясь убрать улыбку с лица. Когда он уходит, обратно в ванную, я остаюсь одна лежать в постели и размышлять о сегодняшнем дне. Планировала ли я, что он закончится именно таким образом, когда нарывалась? Подсознательно возможно, да, напрямую – нет.