— Какая же ты дура, Белла, — взбесившись рычит он. — Не на тебя я злюсь — на себя!

— Но почему? — я не улавливаю ход его мыслей, глупо хлопая глазами.

— Да потому что, ты только и делаешь, что страдаешь по моей сука вине! — мужчина в два шага преодолевает расстояние между нами и подходит к кровати. — Я ёбаный эгоист! Изначально я не должен был приплетать тебя к своей вендетте! Не должен был хотеть тебя и влюблять в себя! — с каждым пылко сказанным словом он делает мне всё больнее. — Нужно было держать тебя на расстоянии от своей тьмы.

Меня обдаёт жаром. К чему он ведёт? Неужели Адам решил прекратить всё между нами? Одна только мысль потерять, никогда больше не увидеть его суровое лицо, не обнять родное тело — приводит в ужас.

— Не говори так, прошу тебя, — встаю с кровати и прижимаюсь к нему всем телом. — Я не желаю о своих чувствах к тебе, Адам. И уже не представляю, себя без тебя.

— Я разрушил твою жизнь… — окончательно добивает меня он.

— Только сейчас я понимаю, что до тебя я не жила, — я заглядываю в его глаза. — Ты научил меня по-настоящему чувствовать и любить Адам…

— Я отправил тебя с Джоном и вернулся назад к миссис Уотсон, — ошарашивает он своим заявлением.

Я не в силах вымолвить и слово, смотрю в надежде, что мужчина продолжит, но Адам ждёт моей реакции.

— Ч-что? З-зачем? — заикаюсь, даже не представляя, что у них там могло произойти, без меня.

— Зная, как дорога тебе бабушка, я не мог оставить её одну в таком состоянии. Несмотря на всё дерьмо, что она тебе наговорила и сделала.

На глаза в очередной раз наворачиваются слёзы. Только в этот раз от благодарности. Этот мужчина никогда не перестанет меня удивлять. А я никогда не перестану рыдать при каждом удобном случае.

Нытик.

Когда я превратилась в такую слезливую дурочку? Просто жизнь с Адамом, держит меня постоянно на грани, все чувства и эмоции накалены до предела. Я словно хожу на лезвии ножа.

— Как думаешь, она простит меня? — с надеждой спрашиваю я.

— Дай ей время, Белла.

Неделя спустя

Не могу поверить, что мы сделали это!..

Теперь я миссис Коулман!

Смотрю на колечко со сверкающим камнем неприличных размеров, красующемся на моём безымянном пальце, чтобы удостовериться, в реальности происходящего.

Закрываю глаза вдыхая морской запах. Шум волн доносится до меня вызывая счастливую улыбку на губах. Я никогда вот так не лежала на пляже прячась от палящего солнца под огромным зонтом. После свадьбы мы приехали на небольшой остров посреди океана. Всё бы ничего, но это собственный остров Адама! Я была в полном отрицании и не верила до последнего, пока мы не прилетели сюда на его частном самолёте, сразу же после венчания в церкви. У Адама есть свой собственный самолёт… Не знаю, что сильнее меня шокировало из этих двух новостей.

С удовольствием и трепетом в душе погружаюсь в воспоминания трёхдневной давности.

Я жутко волновалась в наш особенный день, а подаренное Адамом свадебное платье от модного дома «Valentino» ужасно кололось. В детстве я часто воображала, какой невестой буду. Но даже и представить себе не могла, каким неудобным и тяжёлым бывает свадебное платье. С виду оно было великолепным, и выглядела я в нём, как настоящая принцесса. Я даже представить боялась, сколько оно стоит и только предполагала, что — целое состояние.

Когда я увидела себя в отражении зеркала, не поверила, что стоящая девушка в изумительно белом, поистине роскошном, пышном платье — это я собственной персоной. Расшитый камнями лиф блестел от ослепительно яркого солнца, что освещало тот день. Словно сама погода и небеса радовалась за нас и благословляла.

Я знала, что на церемонии будет присутствовать только Джон, в роли шафера жениха. Изначально венчание должно было пройти без свидетелей, но Джон был не преклонным и заявил, что без него эта свадьба не состоится. Мне было безумно жаль, что бабушки не будет рядом со мной в такой особенный день.

Как и положено мы не виделись с женихом с самого утра, поэтому первую половину дня, я провела в компании хлопочущих Хильды и Анны, с которой у нас потеплели отношения в последнее время. Они помогли мне собраться и со слезами на глазах отправили с кортежем охраны к будущему мужу.

Расставленные бойцы по периметру около церкви были особенно напряжены в тот день и с подозрением оглядывались на каждый шорох. Не знаю с чем это было связано, но я так сильно волновалась, что было совсем не до анализа их поведения.

Я сделала глубокий вдох перед входом в церковь, крепко сжимая букет в своих руках и почти собралась с духом сделать шаг внутрь, как неожиданно чья-то ладонь по-отечески легла на спину. Подняв голову, я не ожидала увидеть отца Адама перед собой.

— Готова? — своим строгим голосом спросил мужчина.

— Волнуюсь очень, — честно ответила я.