— Так ты уже там, — поднимаю полупустой бокал перед глазами, рассматривая лицо Джона через стекло. Призрак встаёт и уверенно подходит ко мне, вырывает бокал из рук и выпивает оставшееся содержимое до дна, затем ставит пустую ёмкость на журнальный столик, предварительно по-хамски скинув с него мои копыта. Ошалело перевожу взгляд со своих ног на Джона, чёрт попутал, я почувствовал его прикосновение, как настоящее! — Какого. Блять. Хера?

Разум мгновенно проясняется, туман отступает, я трезвею, как по щелчку. Поднимаюсь со своего места, смотря в его наглую, улыбающуюся рожу.

— Я жив, брат! — Джон прижимает меня к себе, хлопая ладонью по спине. — Прости, что раньше не мог приехать!.. Что одного оставил!..

— Тебя на моих глазах завалили! — не веря в происходящее шепчу, как тёлка последняя. Меня редко можно чем-то удивить, но ему бля это удалось! — Сукин ты сын! — отталкиваю радостную тушу от себя и со всей дури прохожусь кулаком по его челюсти. — Я тебя похоронил! — уничтожающим взглядом смотрю, тыкая указательным пальцем в грудь. — Оплакивал, блядь!

— Знаю, дружище, — вытирая кровь из разбитой губы, как ни в чём не бывало говорит он. — Я всё расскажу, но сначала объясни, какого лешего, ты всё ещё не вернул жену домой?!

Белла

— К-как ты меня нашёл? — не смотря на напускную уверенность на лице, мой встревоженный голос дрожит. — Я тебе всё тогда, предельно ясно объяснила!..

— А мне вот рассказали совсем другую историю, — Адам наклоняет голову набок, — ай-яй-яй, какая плохая девочка, Белла! — он щурит глаза, медленной и уверенной походкой надвигаясь на меня. Машинально отступаю назад, по всему телу словно электрический разряд проходится. Воспоминания о том, как я и раньше убегала, а он догонял, накрывают меня с головой, вызывая странные, но к тому же трепетные ощущения в груди. Упираюсь спиной об твёрдую поверхность и понимаю, что, как обычно, он загнал меня в ловушку. Прижимаю ладони к прохладной стене, чёрт, дальше отступать некуда. Мужчина не спеша подходит практически вплотную, выпирающий живот единственное, что нас разделяет. Словно прочитав мои мысли, Адам одновременно со мной опускает взгляд на него. Инстинктивно дёргаюсь, когда большая ладонь накрывает мой живот, через одежду. Закрываю на секунду глаза, делая глубокий вдох и выдох. Внутреннее волнение, ложные страхи, болезненная неуверенность и длительные переживания, которые я скрывала в глубине души за всё наше время разлуки испаряются. — Кто? — требовательно спрашивает муж, поднимая на меня свой требовательный взгляд.

Я колеблюсь несколько секунд в мучительных раздумьях, но решаю ответить, потому что он отец ребёнка и имеет право знать. По крайней мере так я себя мысленно успокаиваю, ведь на самом деле, по-прежнему не в силах сопротивляться его властной энергетике, от которой коленки подгибаются…

— Девочка… — произношу, а в голове сразу же возникают глупые мысли вдруг он будет не рад? Ведь мужчины хотят сына, а Адаму действительно есть, что передать своему наследнику.

— Дочь, — словно смакуя слово, пробуя на вкус, произносит, одобрительно кивая. В его некогда серьёзных глазах плещутся искорки счастья, или я себе это выдумала?.. — Собирайся, мы едем домой! — безапелляционным тоном приказывает, резко меняясь в лице.

— Здесь мой дом, — пытаюсь убрать ладонь Адама со своего живота, но куда мне тягаться с его силой?

— Хватит, Белла! — осаждает муж, резче положенного, словно устал от глупых препирательств. — Наигралась в свободную жизнь и хватит! Я знаю правду, Мередит Уотсон всё подробно рассказала.

— Что?! — в шоке от предательства бабушки яростно вскрикиваю. — Нет, она не могла, я уверенна ты вынудил бедную женщину! — на первых порах пытаюсь оправдать её, но потом до меня доходит. Бабушка действительно это сделала, иначе кто ещё ему мой адрес мог сказать? Не думаю, что для Адама была проблема выяснить моё местонахождение без помощи Мередит, но почему он приехал именно после нашего с ней вчерашнего разговора?

— В отличии от тебя, Белла, твоя бабушка мудрая женщина и понимает, что все твои страхи — полный бред! — гневно орёт Адам, на всю квартиру. — Я весь мир дотла сожгу, но не позволю, чтобы с тобой или нашим ребёнком, что-то случилось! — он фиксирует мою шею сзади своей ладонью. — Понятно тебе?! И сам умирать тоже не собираюсь!

Мы яростно смотрим друг на друга, какое — то время. Неожиданно меня с головой накрывает желание прикоснуться к его такому родному лицу. Ладонь начинает зудеть от жгучей нужды провести по лёгкой щетине, идеально очерченным скулам. Дыхание замедляется с каждой секундой, так же, как и его. Не выдержав нарастающего напряжения между нами и, устав бороться со своими желаниями встаю на носочки и прижимаюсь к его губам. Волна удовольствия проходится по всему телу приятным теплом, когда Адам отрывает меня от стенки и обнимает за талию, углубляет поцелуй. Его язык врывается в мой рот яростным напором, сметая все преграды и показывая кто здесь главный. Впрочем, как и всегда.