— Поздравляю! — делаю паузу, чтобы добавить немного загадки в новость. — В нашем женском батальоне будет пополнение!
Бабушка начинает радостно смеяться и что-то кричать в трубку на эмоциях, что ей совершенно не свойственно.
— Скорее отправь мне снимок, я хочу посмотреть на неё! — щебечет всё ещё на эмоциях. — Скажи мне, как только тебе станет трудно одной со всем справляться, я возьму отпуск и приеду!
— Пока нормально ба, — сразу же после переезда, я устроилась медсестрой в местную больницу, и снимаю небольшую, но уютную квартирку не далеко, чтобы до работы можно было добираться пешком.
— Белла… может скажешь ему? — неожиданно для меня, с самого начала бабушка приняла сторону Адама и всё это время продолжает настаивать, чтобы я вернулась к мужу. Я не понимаю её желания свести нас, неужели она не видит, что я боюсь повторения истории родителей?..
— Мы это уже обсуждали, причём неоднократно, — я начинаю злиться, каждый раз, когда бабушка упоминает его. — Он не узнает ничего про ребёнка, ба! Всё в прошлом. Ты же знаешь, я уже коплю деньги на адвоката, чтобы начать бракоразводный процесс. Большой палец неосознанно прикасается к безымянному пальцу, на котором нет обручального кольца. Я оставила его тогда Адаму в клинике перед тем, как уйти. Хоть носила я кольцо недолго за наш короткий брак, но привычка крутить его на пальце до сих пор осталась.
— Да-да, милая, — немного поникнув соглашается Мередит, — но моё мнение ты знаешь.
Закончив разговор, ушедший не в ту сторону, поднимаюсь с лавочки с немного подпорченным настроением. Сама я стараюсь избегать мыслей об Адаме, хоть и удаётся это плохо, потому что меня до сих пор не отпустило… Всё ещё болит, от каждого воспоминания о нём…
После шумного Чикаго, в Милуоки, я чувствую себя более спокойно. Никуда не тороплюсь и наслаждаюсь каждым мгновением легко протекающей беременности. Новых знакомых не завела, да и признаться честно особого желания — нет. Пока, я чувствую, что ещё не готова впустить в свою жизнь других людей. Стараюсь двигаться дальше, но по вечерам, перед сном по-прежнему плачу, вспоминая Адама.
Знаю, я сама ушла от него сделав больно. Наговорила много жестоких слов и скорее всего, теперь он ненавидит меня! Я это заслужила, но я сделала бы это снова ради безопасности нашей дочери. Если бы он знал правду, то понял бы меня…
Мне комфортно одной проживать свою внутреннюю трагедию, первое время было совсем тяжело, и я решила обратиться к психологу. Только после того, как в течении двух месяцев, я прошла терапию, смогла спокойно дышать полной грудью, не начиная трястись, каждый раз, когда вижу чёрный джип, проезжающий рядом. Я отпустила свои страхи, связанные с похищением и той ужасной ночью, когда Клиффорд пытался убить меня и ранил Адама…
Прогулочным шагом добираюсь до дома, зайдя по пути в магазин за продуктами, не удержавшись покупаю набор новых тарелок. Вот спрашивается зачем они мне, если посуды и так достаточно? Я так изменилась за эти месяцы, стала очень хозяйственной. Хоть период гнездования ещё не начался, я всё равно уже начала готовить квартиру к появлению ребёнка.
Вечером не спеша ужинаю под просмотр, какого-то развлекательного телешоу по телевизору, чтобы отвлечься от мыслей.
На следующее утро, я просыпаюсь со странным предчувствием. Что-то должно произойти! Возможно, это просто гормоны бушуют, и я накручиваю себя на ровном месте, или просто остался осадок после разговора с бабушкой.
Сегодня моя смена, поэтому немного поворчав поднимаюсь с постели и иду завтракать, пока есть время. Готовить для меня некому, поэтому приходится самостоятельно познавать азы кулинарии в ускоренном режиме, ведь совсем скоро придётся кормить не только себя, но и временного пузо жителя! Благо есть интернет, и я смотрю видео уроки с рецептами на YouTube. Я неплохо научилась готовить именно завтраки, поэтому теперь — это мой любимый приём пищи за день.
Быстренько приготовив себе тосты с авокадо, приступаю есть, запивая свежевыжатым апельсиновым соком. После завтрака сразу же надеваю медицинскую форму, чтобы не переодеваться в клинике и выхожу из дома, накинув сверху тоненькую кофту. Несмотря на тёплую майскую погоду, по утрам на улице прохладно.
Смена в хирургическом отделении пролетает со скоростью света, я не замечаю, как наступает вечер, и пора уже собираться домой. Спина затекла от тяжёлого дня, ноги гудят. Всё о чём я мечтаю — поскорее оказаться в горизонтальном положении на любимой кроватке. Если сейчас мне уже становится тяжело отстоять на ногах двенадцать часов смены, то страшно представить, что будет дальше, ведь живёт растёт вместе со сроком.