Джек облажался. И в две тысячи одиннадцатом, когда убил того диббла, и сейчас, когда выбрал самый неудачный момент, чтобы рассказать об этом единственной девушке, которую полюбил.

Может, ему стоило просто соврать.

Карлайл, 2011

– Ебаный в рот! – Леон наклоняется над телом. – Как вы умудрились убить копа, идиоты?

– Долгая история, – бурчит в ответ Гэри, – нужно оттащить и закопать.

– Закопать, – повторяет Леон, – здесь?

– Ты знаешь другое место?

Тот оглядывается. Неподалеку чернеет небольшой лес. Можно было бы там, но слишком близко и палевно… Джек проглатывает очередной приступ тошноты и приваливается к тачке. В глазах опасно темнеет: чем больше они тут стоят, тем выше его шансы отъехать.

– Что произошло? – спрашивает Леон.

– Ты это прямо сейчас хочешь обсудить? – огрызается Гэри. – Джек, за ноги его хватай.

– Стой. Да, мне нужно знать. Тогда пойму, что делать дальше.

– Нам под колеса кинулась девчонка, – начинает объяснять Джек, – пришлось ее подобрать.

Леон слушает внимательно, не перебивает. Его глаза продолжают цепко сканировать пространство: он словно взвешивает все факторы. Тыковка, который подходит было к ним, хватается за рот и отшатывается. Ему это точно наблюдать не нужно – Джек сам еле держится.

Гэри вставляет короткие веские комментарии, когда история уходит не туда. Помогает не расплываться в ненужных деталях, как бы Джеку ни хотелось оттянуть злополучный момент.

– Отдай мне ствол, – коротко отвечает Леон.

– Все наши стволы соберешь теперь? – не выдерживает Джек.

– Только ты себе свой оставил. Я думал, тебе так спокойнее… Теперь отдай.

– Что? Тыковка, Гэри?

– Я сразу от него избавился, – поводит плечами Гэри, – на хер он мне.

– Я тоже, – подает голос Тыковка. – Боялся, что в лицо себе случайно выстрелю.

Джек молча протягивает ствол Леону, и тот, высыпав пули в ладонь, убирает его в карман.

– Теперь делаем так: вы оттаскиваете труп подальше. Нужно, чтобы четыре-пять часов не могли найти. Зверюга, поищи хорошее место.

– Понял.

– Тыковка, сядь за руль «Альфа-Ромео». Доедешь до Карлайла, сворачивай к тому гаражу, о котором я говорил. Навигатор возьми с собой, а топливо закинь в багажник.

– Я сам поеду? – нервно переспрашивает тот.

– Да. Приеду позже, избавлюсь от патрульной машины. Зверюга, Факбой. Как закончите здесь, садитесь в нашу машину и сваливаете в Эдинбург. Встречаемся утром.

Между ними повисает тишина: никто не решается спорить. Задачи понятны, и если Леон взялся, значит, он уже понимает, что делать. И перечить ему – себе дороже.

Джек опускается и хватает тело за ноги. Гэри был прав: придется блевануть как-нибудь потом. И понять, что он наделал – тоже.

Цветочек

– Я так испугалась. Думала, не закрыла дверь, когда уходила вчера. Как здорово, что ты уже вернулась!

Моника обнимает Флоренс, не переставая болтать. Ее голос придает сил: словно все снова по-прежнему. За три дня галерея не сгорела, не исчезла и на ее месте не открыли «Старбакс». Здесь все в порядке, даже как будто чище стало.

– Ты сегодня рано, соскучилась? Давай расскажу, что у нас тут произошло. Хочешь кофе?

– Моника, – смеется Флоренс, – откуда столько энергии с утра?

– Ой, я слишком болтливая, да? – смущается та и опускает руки. – Прости, не подумала, что тебе нужно…

– Нет, мне нравится. Просто удивляюсь: ты справлялась за нас двоих все время, но не выглядишь уставшей.

– Сама немного в шоке. Видимо, весь этот здоровый образ жизни работает. Правда, к одиннадцати я превращаюсь в тыкву.

– Тот парень?

– Да, – Моника почему-то задумчиво морщится, – это все его дурное влияние.

– Кофе, – напоминает Флоренс, – нам нужны кофе и серьезный разговор.

– Насколько серьезный? – Та направляется к двери.

– Для меня – самый серьезный за последние пару лет.

Флоренс все решила еще вчера, сегодня только перепроверила собственную интуицию: Монике мало поднять зарплату. В последние месяцы она показала себя как отличный управленец.

Лучше подождать со своей независимостью от Грега, чем потерять такого управляющего. Даже в файлах ноутбука Моника навела порядок. Флоренс с утра успела заметить: ничего не упущено, все чисто и четко. И они даже умудрились продать пару довольно сложных работ.

Еще полгода назад ей казалась невозможной сама идея управляющего. Сколько раз они с Гэри из-за этого ссорились? Он бесконечно и терпеливо объяснял, какие задачи делегировать, в то время как Флоренс разве что уши не затыкала. Теперь каждое его слово ложится в стройную канву, и от этого даже немного стыдно.

Флоренс так боялась пустить в свой бизнес чужого человека, что даже не заметила своего.

– Я немного тревожусь, – ставит та перед Флоренс чашку с кофе и подтаскивает к столу стул.

– Немного?

– Ладно, я сейчас умру от тревожности.