– Точно. Подожди секунду, я захвачу ноутбук.

Они выходят из дома под руку, до гаража всего пара кварталов. Здороваются с соседями, которые возвращаются с работы, машут коту миссис Поттс со второго этажа, который каждый вечер прикидывается голодным бездомышем, несмотря на приближение зимы. Кэтрин хочется, чтобы так было всегда: уютная, хоть и напичканная техникой квартира в Уильямсберге, знакомые спокойные соседи, совместные вечера.

Им осталось немного: закрыть вопрос с работой Кэтрин и разобраться с ховером Тома, а еще – достичь прогресса в его лечении и вывести этот проклятый рак в стойкую ремиссию. Может, тогда они смогут начать воплощать в жизнь все, что вместе намечтали.

– А у меня для тебя кое-что есть, – говорит Том на подходе к гаражу.

– М-м-м, дай угадаю. Профессия?

– Вот черт, я думал, будет сюрприз, – улыбается он. – Но ты его испортила.

– И что, теперь не скажешь?

– Аналитик бизнес-процессов.

– Все, что касается аналитиков, мне обычно нравится, – замечает Кэтрин. – А эти чем занимаются?

– Они особенные. Берут любой процесс, который происходит в работе компании. Например, вот у тебя есть постановка диагноза. Это процесс?

– Конечно, – кивает она и делает шаг в сторону, чтобы Том мог открыть дверь гаража.

– Представь, аналитик берет этот процесс и расписывает его в схему: как он начинается и идет, кто какую роль играет, чем он должен закончиться.

– У нас есть подобные документы, но все проще. А зачем для каждого процесса аналитик? Скорее всего, и без него все знают, что делать.

– Вот ты хоть раз ошибалась в процессе постановки диагноза? Например, забыла биопсию или еще что?

– Нет, конечно, я просто выучила, что нужно.

– А будучи резидентом?

– Там совсем другое, это же обучение.

– Так вот чтобы такое обучение в компании проходило быстрее, необходимы схемы. Но это полбеды – аналитики позволяют увидеть, где в устоявшемся процессе есть слабые места или даже какие-то ненужные действия, чтобы его оптимизировать. Часто потом по этим схемам пишут программный код, который сокращает процесс.

– Ты точно не читал об этом на сайте.

– Леон такого нанял, чтобы нам всем было проще. А я смотрел на него и думал: это же идеальная работа для моей Кейт.

– Мне кажется, это сложно, – задумывается она. – Нужно столько всего понимать в самом бизнесе.

– Тут главное – логика и здравый смысл. Если тебе интересно, я могу еще побольше расспросить у нашего аналитика.

– Я только за, – отвечает Кэтрин.

За тот разговор ей до сих пор немного стыдно – это же надо было так напиться, чтобы заставить мужа отвезти себя домой и еще по дороге закатить скандал, который обещала себе не закатывать. Зато теперь Кэтрин начала намного подробнее расспрашивать Тома о тех профессиях, что он находит.

Она все еще не готова всерьез думать о том, чтобы уйти из клиники, – сама мысль приводит в бесконечный ужас, который до сих пор невозможно побороть. Теперь она и сама не понимает, откуда он берется, поэтому перед сном часто анализирует, что с ней происходит и как с этим жить. Но огромным прогрессом можно считать то, что Кэтрин больше не срывается из-за этого на Тома.

– Ого, – заходит она внутрь. – Это словно другой гараж.

Полки свободны, по углам больше ничего не стоит и даже не на что натыкаться. Кэтрин только и замечает, что несколько деталей, сложенных у одной стены. Зато в центре второй стол разросся и превратился в подиум для какой-то металлической пластины, сколоченной из десятка других. Рядом с ней стоят конструкции, о назначении которых невозможно даже догадаться.

– А? – оборачивается Том. – Да, я избавился от лишнего. Все, что не помогает мне в этом проекте, только мешает, так что… Долой.

– Представляю, как теперь выглядит мастерская в «Феллоу Хэнд».

– Как черная дыра, – хмыкает Том. – Впрочем, ничего нового. Нравится? Красиво же получилось.

Он подходит к стене, где на своем обычном месте стоит стол. Кэтрин еще ни разу за ним не сидела. На нем раз пять, а вот за ним… Щеки горят от воспоминаний: в этом окружении секс всегда получался совершенно особенным.

– Минуту, я освобожу тебе тут все, – бормочет Том и собирает бумаги в широкую разлетающуюся стопку. Так, это мне сейчас нужно, а вот это пусть полежит… где оно полежит? А, вот на этой полке.

– Том, не переживай за меня.

– Это моя работа, если что, – оборачивается он. – Готово, тут все нормально, садись, а я пойду к себе.

Кэтрин чувствует себя школьницей: в детстве у нее был похожий стол. Она открывает ноутбук с домашним заданием и постепенно погружается в сложные грамматические конструкции, которые нельзя понять логикой, остается только запомнить.

В гараже начинают тихо играть «Битлз». У Тома это любимая музыка для работы. Он и сам подпевает старым мелодиям, и это ощущается, как… дом. Странно, что не только квартира, но и гараж теперь вызывает у нее желание все время сюда возвращаться.