Я сказала даже больше, чем хотела, выплеснула отчаяние, которое сидело в моей душе уже давно. Эту слабость я изо всех сил старалась скрывать от нее, и вот она раскрыта. Теперь она непременно воспользуется ей.

И Джолетт это тоже понимала.

– Я думаю, ты знаешь, что может помочь тебе в этой ситуации, – промурлыкала она, в ее глазах сверкнул кровожадный огонек. – Твой отказ сотрудничать на наших условиях крайне… разочаровал.

Я прикрыла глаза, стараясь сдержать крик, рвущийся из груди.

О, я точно знала, о чем она говорила. Единственное, что они не смогли заставить меня сделать через суд.

Петь.

– Я выступлю в Далласе на следующий день после свадьбы, – наконец тихо предложила я, чувствуя, как что-то внутри меня надломилось, когда эти слова вылетели из моего рта.

Я поклялась, что никогда не дам им то, чего они хотят, – возможность управлять моим голосом.

Кажется, они наконец-то по-настоящему сломали меня.

Улыбка Джолетт была победоносной и холодной, и я практически могла видеть, как в ее больной голове всплывают знаки доллара.

– Марко все устроит, – с некоторым пренебрежением сказала она, словно не выиграла только что войну, которую мы вели последние два года.

Она развернулась, чтобы уйти.

– Подожди, так это значит, что я могу пойти на свадьбу, да? Потому что только при этом условии я выступлю, – крикнула я ей вслед.

Джолетт оглянулась и одарила меня тошнотворной улыбкой.

– Да, ты можешь пойти на эту свою маленькую свадьбу. Но если попытаешься что-нибудь сделать, если ты не выступишь… – Ее улыбка стала шире, и холодный пот скользнул по моему лбу от силы этой угрозы.

Она вышла из квартиры, оставив меня наедине со своими страхами и демонами. Мне тут же стало нехорошо: стены стремительно стали приближаться. В ту же секунду я захотела позвонить Джолетт и сказать, что сделка отменяется.

Но мне нужны были эти свободные дни. Мне они были нужны, как вода… чтобы выжить.

Я просто выступлю один раз. А потом снова смогу сказать «нет». Я знала, что это единственное, что мне было под силу.

В этом всем был виноват Уолкер.

Если бы не та ночь, единственная ночь моей свободы, я бы продолжила жить так, как жила. Смогла бы принять свою судьбу.

Я бы не отступила от своего решения.

Мой взгляд упал на дверь ванной, и сейчас впервые за последние два года… я не стала себя сдерживать.

Дрожащими руками я достала баночку с таблетками, от которых так старалась держаться подальше. Джолетт и Марко специально оставляли их у меня в квартире в течение всего этого года, чтобы соблазнить меня ими.

Но я и так уже слишком много сделала уступок за сегодня – стоит ли сделать это еще один раз?

Маленькие белые таблетки предлагали нужное сейчас чувство спокойствия. Я поморщилась от горечи, которая оставалась на языке.

Горький привкус был идеальным отражением горькой жизни, которую я вынуждена была жить каждый день.

Кайф окутал мое тело гораздо быстрее, чем несколько лет назад, когда я употребляла по несколько раз в день.

Я лежала на кровати, чувствуя себя жалкой, чувствуя, что не могу контролировать свою жизнь, пока, наконец, онемение не нахлынуло и не забрало все это… и я снова смогла вздохнуть.

– Дисней на базе, – закричал Ари, когда я вошел в бар «Даллас». Днем я подписал рекордный для меня контракт с «Далласом», и сегодня вечером… мы праздновали. Я также пообещал «кругу доверия» рассказать несколько очень важных новостей. И, по моему скромному мнению, одна из них была намного интереснее, чем все остальные.

Хотя я, конечно, был чертовски рад стать наконец «Далласским рыцарем».

Ари поднял бокал, по блеску его глаз я понял, что они с Линком выпили до моего прихода. Он подписал контракт с «Далласом» на прошлой неделе, ему тоже предложили хорошие деньги. И, знаете, я уже на языке ощущал вкус пива – мы точно выпьем его из Кубка Стэнли, который завоюем в этом сезоне.

Они достали свои телефоны, и когда я прошел позади них, чтобы сесть на пустое место за столом, увидел, что они оба смотрят видеозапись, на которой Блэйк и Монро тусуются в гостиной Линкольна.

– Вы, ребята, следите за своими женами даже сейчас? – полюбопытсовал я, кивнув в знак приветствия официантке, что появилась у стола сразу же. Она будто ждала, затаив дыхание, момента, когда сможет обслужить меня и принести все, что нужно.

Судя по тому, как эта девушка смотрела на меня, кажется, одним из предложений была она сама.

– Ты действительно спрашиваешь это, Дисней? – уточнил Ари и улыбнулся, увидев что-то на экране.

– Принеси мне все, что они взяли, – пренебрежительно сказал я официантке, жалея, что у меня нет собственной камеры на Оливии.

Я следил за ней каждый день, живя ради того, чтобы мельком видеть ее, когда она отправлялась на терапию… по сути, только туда она и ходила. Если только она не выходила ночью – что точно не было правдой – поскольку я провел две ночи у нее дома… чтобы убедиться.