– Все что угодно. – Я озадачена его поведением. – Могу я задать тебе вопрос?

– Если хочешь.

– Кого вы тогда… зарезали?

Вместо ответа он берет ложку из моей кружки и помешивает кофе со сливками в своей. В наступившей тишине я слышу лишь звяканье о керамические стенки. Проходит достаточно времени, чтобы я засомневалась, слышал ли он вообще мой вопрос, но потом он говорит:

– Иногда нас нанимают для того, чтобы устранять шпионящих за Адскими гончими.

Он что, смеется надо мной?

– Мой отец – лидер Адских гончих, – он внимательно наблюдает за моей реакцией на его заявление, делая глоток кофе. – Большую часть времени наши отношения с ним нельзя назвать хорошими. На самом деле в девяносто девяти процентах случаев они ужасны, особенно с тех пор, как несколько лет назад мы ушли из Гончих. Но он все равно время от времени подбрасывает нам кость.

Он ухмыляется своему каламбуру.

– Но Аполлон той ночью просто зарезал парня… – я пристально смотрю на Вульфа.

– Да, и он это заслужил. Он несколько недель сливал Титанам информацию о бизнесе Адских гончих. Если бы Аполлон не ударил его ножом, мой отец поступил бы гораздо хуже. Скорее всего, он отвез бы этого человека к своему врачу и велел наложить ему швы просто для того, чтобы продлить его страдания. Если на свете и есть что-то, что мой отец ненавидит больше всего, так это стукачей Титанов. – Вульф облокачивается на стойку, смотря на мое лицо. – Расскажешь о парне, который заставил тебя так бояться мужчин?

Паркер – мой бывший парень, оставивший во мне не один след как физический, так и моральный. Он последний человек, о котором я бы хотела говорить, потому что я вырвала эту страницу из книги своей жизни.

Вульф медленно кивает, принимая мое молчание.

– Мы лишь даем людям то, что им причитается. Воздаем по заслугам.

– А что причитается мне?

Он качает головой, допивая остатки кофе, а затем отходит от кухонной стойки.

– Не думаю, что я тот, кто должен отвечать на этот вопрос.

Тогда кто?

– Ты идешь? – спрашивает Вульф, исчезая в конце коридора.

Он явно забыл про завтрак, и я надеюсь, что смогу раздобыть что-нибудь перед занятиями, поэтому, застонав, просто следую за ним. Мы садимся в его машину, и он молча выезжает с подъездной дорожки.

Когда мы выруливаем на главную дорогу, я рискую посмотреть на его профиль: челюсть Вульфа сжата, и он настолько крепко держит руль, что на предплечье выделяются рельефные мышцы.

– Ты в порядке? – спрашиваю я.

Вульф смотрит на меня, а затем возвращает свое внимание на дорогу.

– В полном.

Остальной путь мы едем молча, пока я не понимаю, что мы буквально пролетаем мимо поворота к университету. Я разворачиваюсь, чтобы посмотреть на пропущенный поворот.

– Куда мы направляемся? – требую я ответа. – Я же опоздаю.

– У тебя что, занятия по субботам, цветочек?

– Сегодня пятница, – я прищуриваю глаза.

– Пятница была вчера, – усмехается он. – Сегодня суббота.

Черт, я же действительно вчера ходила на занятия, и это была пятница. Просто я находилась в таком жалком состоянии, ожидая, что вот-вот со мной что-то произойдет, что забыла про дни недели. А сейчас у меня выходной, и я еду в машине с Вульфом… кто знает, куда именно.

– Тебе когда-нибудь казалось, что твоя жизнь проходит будто в замедленной съемке? – вздыхаю я.

– Иногда, – кивает он.

Внезапно я чувствую, как мои глаза наполняют слезы.

Черт.

Я не хочу плакать. Только не рядом с Вульфом. Но было бы смешно представить, что я выйду из машины и спрячусь только для того, чтобы дать волю слезам.

– Ты спала? – спрашивает он тихим голосом.

Из-за комка в горле я не могу выдавить слово «нет». Я всю ночь ворочалась в слишком удобной кровати, в незнакомой комнате. Каждый раз, когда я позволяла себе расслабиться, перед моим лицом вставал образ Кроноса с пистолетом в руке или с прутом, которым он поставил на мне клеймо.

Пока я не могу связно говорить, я ограничиваюсь тем, что качаю головой, и рука Вульфа внезапно скользит в мою. Кожа на его пальцах мозолистая и грубая, но прикосновения нежные. Он переплетает наши пальцы и сжимает мою ладонь.

– Ты больше не пересечешься с Кроносом, – уверяет он меня. – Мы работаем над этим.

– Большой и могущественный Аид не смог спасти меня от этого придурка?

Свободной рукой я стираю слезы со своих щек и делаю глубокий вдох. Мне просто нужно сменить тему и не думать о Кроносе или о моем долге.

– Ладно, значит, сегодня не будет никаких занятий. Тогда куда мы направляемся?

– Это промышленный район, – оживляется Вульф. – Мы встретимся с одним из наших деловых партнеров, а потом позавтракаем.

Я непонимающе смотрю на него. Почему я предполагала, что «Олимп» – их единственный бизнес? Помимо того, что они оказывают услуги Адским гончим. Ведь то, как парни говорят о развращении города, означает, что их сила не может быть сосредоточена только в ночных боях.