Вот, что я любила в нем: у него всегда была эмоциональная способность дать эти чувства, когда я ощущала пустоту внутри.

— Эй, — сказал он спустя несколько минут, когда большинство остальных машин проносились вокруг нас, ругаясь, крича и отмахиваясь от нас. Без шуток, родители детей школьного возраста просто охреневшие. — Я хочу дать тебе кое-что.

Посмотрела на него и поняла по выражению лица, что это нечто серьезное. Это не похоже на Хаэля и его «я хочу дать тебе что-то», а потом он достает свой член. Что, позвольте добавить, он сделал дважды за последнюю неделю.

— Что? — спросила, но Аарон лишь покачал головой, пропуская пальцы через своим каштановые волосы, когда сел обратно на свое место и привел Бронко в движение. По дороге домой начинался дождь, жирные капли превратились в град примерно в паре минут езды от дома.

Харлей и камаро все еще были на парковке, это говорило мне о том, что все пока что здесь.

Мне это нравилось — дождь, компания, ощущение уюта в доме Аарона, пока Хизер была в безопасности в школе.

Вытерла слезы рукавом толстовки Кэла, но, как только я и Аарон вошли через парадную дверь, глаза Оскара метнулись к моим, и я поняла, что он знал, что я плакала. Ублюдок, подумала я о нем, потому что у меня даже не было сил спорить.

— Ты в порядке, Блэкберд? — спросил Хаэль, когда прошла на кухню и обнаружила его, готовящего яйца, в одних лишь боксерах с прошлой ночи. Я кивнула, но не потрудилась объясниться, продолжая следовать наверх за Аароном в спальню.

Он закрыл за нами дверь, и мое дыхание внезапно участилось.

Это его комната в этом доме, но она почти моя. Так как мы официально снова сошлись, если я сплю здесь, обычно и он тоже. До этого Аарон либо спал в комнате с двухъярусными кроватями, либо на полу в комнате девочек. Даже когда он игнорировал меня и вел себя так, словно я — обуза в его жизни, он был сговорчив.

— Ты же не привел меня сюда, чтобы я тебе отсосала, не так ли? — пошутила, но Аарон лишь натянуто улыбнулся мне.

— Нет, — сказал он, открывая дверь своего шкафа и копаясь в случайном дерьме внутри него.

Там был какой-то старый спортивный инвентарь, грязная одежда, фигурки, к которым он, наверное, не прикасался с десяти лет. Я улыбнулась и скрестила руки на груди, плечом прислоняясь к стене рядом с дверью.

Аарон убрал хлам со своего пути, открывая небольшой стеллаж в углу. Это один из тех пластиковых, которые можно купить в любом универмаге, с маленькими выдвижными ящиками, набитыми всякой всячиной. Он открыл нижний и достал небольшую картонную коробку.

— Что это? — спросила я, когда он поднялся на ноги и повернулся лицом ко мне, держа коробку близко к груди. Аарон на мгновение закрыл свои глаза, словно пытался подготовиться к тому, что собирался сделать. Мой пульс участился, и я оттолкнулась от стены. — Аарон Атлас… — предупредила, когда он наконец открыл свои прекрасные глаза и посмотрел на меня.

— Мы хранили это годами, — сказал он, все еще сжимая коробку. — Вероятно я должен был дать ее тебе раньше, но не хотел, чтобы ты неправильно поняла. Всем своим сердцем я на самом деле хотел, чтобы ты уехала и начала свою жизнь где-то в другом месте, жизнь без крови, оружия и трупов, — он протянул мне коробку, и наши татуированные пальцы сплелись вместе в очень милую картину. — Но раз уж ты здесь, я могу подарить тебе мир — даже если он не совсем такой, каким я его себе представлял.

— Что это, Аарон? — спросила, чувствуя, как капля пота покатилась вниз по позвоночнику.

Я боялась открыть коробку и увидеть, что внутри.

— Просто открой, — скомандовал он, и, потому что я чертовски уверена, что содержимое коробки потрясет меня, села на пол. Аарон присоединился ко мне, и я вспомнила один из тех моментов, когда мы лишь вдвоем играли в бутылочку, чтобы у нас была причина поцеловать друг друга.

На коробку прилипло несколько паутинок, которые я смахнула дрожащей рукой и осторожно приподняла створки, чтобы заглянуть внутрь.

Увиденное выбило меня из колеи.

У меня перехватило дыхание, и так сильно закружилась голова, что пришлось закрыть глаза, чтобы не упасть. Даже сидя, я ощущала себя нестойкой.

— Бернадетт, — прошептал Аарон, и я снова открыла глаза.

Внутри коробки увидела стопку старых фотографий и флешку. Все они были фотографиями Пенелопы, которые, как я думала, были потеряны, когда мальчики сложили все мое дерьмо на заднем дворе и подожгли его. В то время моя сестра была еще жива, поэтому, хотя у меня и было разбито сердце, я не стала самоубийцей из-за всего случившегося. Но потом… Пен убила себя.