Теперь она была красивой, обклеенная фактурными обоями, которые я выбрала и поклеила сама, потому что даже несмотря на то, что деньги Руби теперь надежно хранились у Виктора, где им и положено быть, мне не нравилось платить людям за то, чтобы они что-то делали вместо меня. И несмотря на то что поклейка обоев была занозой в моей заднице, оно того стоило, потому что каждый раз, когда я на них смотрела, моя грудь наполнялась гордостью и я вспоминала, что с толикой сообразительности и настроенностью, можно было сделать все, что задумали.

Можно вырастить троих маленьких девочек, даже когда вы сами едва перешагнули стадию маленькой девочки. Можно влюбиться в пятерых прекрасно сломленных парней. Можно сеять хаос, разрушения, гоняться за беспределом и установить анархию, а в конце вы могли найти свой вид триумфа. Не важно выражался ли он в поклейке обоев или в управлении андергрундом, который действовал во тьме, буду непоглощенным ею.

В Спрингфилде все еще были наркотики, проститутки, убийцы.

Но Хавок всегда был рядом, всегда наблюдал. Молот справедливости был в наших руках, и мы не боялись использовать его. Детей не продавали, девочки не исчезали на трассе I-529. Не было копов, чьи руки не были бы связаны справедливостью, Хавок или и тем и другим.

Школа Прескотт была реконструирована, наполнена ноутбуками и iPad, учителями с дипломами, которые не заманивали девочек и не продавали их тела через веб-кам. Была танцевальная школа, где Каллум учил маленьких детей, которые не могли позволить себе дорогие занятие в любом из районов Оак, но чьи сердца были настолько преисполнены и готовы учиться, что они получали стипендии далеко-далеко.

— Бернадетт? — сказала Хизер, махая рукой перед мои лицом. Она и Аарон уставились на меня, ожидая, когда я выйду из задумчивости и вспомню, что моя младшая сестра, которую я так усердно старалась спасти, на следующей неделе заканчивает старшую школу. Идет на выпускной на этой неделе. Она поступает в колледж в Нью-Йорк, и мне одновременно грустно и радостно. — Ты же не пишешь снова в голове стихи, так? — спросила она, но я лишь обеспокоенно улыбнулась ей.

— Где Кара? — вместо этого спросила я, потому что не была готова прямо сейчас полноценное чувство в моем сердце.

Оно кипело и было преисполнено, и единственная причина, по которой меня не пугала его интенсивность, заключалась в том, что за последние десять лет я привыкла к этому чувству. Черт, парни Хавок — которых теперь на самом деле называть мужчинами Хавок — заставляли меня чувствовать это каждый чертов день.

— Прямо здесь! — сказала Кара, спускаясь по лестнице в черном, обольстительном платье, куда больше похожее на то, что надела я в старшей школе, чем платье Хизер. На ней было розовое платье с блестками, оно было данью уважения сестре, которую она и близко не помнил так, как я, но скучала по ней в той же степени.

Я курила сигарету, когда Кара спрыгнула и поцеловала меня в щеку, ее растрепанные, вьющиеся каштановые волосы собраны в пучок, но некоторые пряди выбивались из него и падали на щеки и лоб, напоминая мне Аарона.

Мой взгляд метнулся в его сторону, когда Кара поцеловала и его, очевидно тоже пытаясь совершить великий побег, пока нас не нашли остальные парни. Вот только…было слишком поздно.

— Я рассказала им, что вы обе пытались выбраться отсюда до того, как им выпадет шанс устроить прожарку вашим парам, — сказала Эшли в этой дерзкой манере пятнадцатилетней девочки, словно она, блять, знала все.

Хизер и Кара бросили на нее смертоносный взгляд, но Эшли было все равно. Она настолько очарована моими парнями, что иногда оговаривалась и в разговорах с другими людьми называла их папами. Еще она немного была стукачкой, когда речь заходила про сплетни о Каре и Хизер, но мы работали над этим.

— Ни за что, блять, на свете, — сказал Вик, с его губ свисала сигарета.

С каждым годом я убеждалась, что он не мог стать красивее, что я никогда не смогу найти его более привлекательным, чем годом ранее. И все, год за гребанным годом он доказывал мне, что я так сильно заблуждалась, что могла закричать от взгляда на него. Мой муж. Мой босс. Мой защитник. Мой эмоциональный клон.

Раздался стук в дверь, но я была не удивлена. Чтобы их парам вообще добраться до входной двери, им нужно было сначала пройти ворота и охрану. Я уже несколько минут знала, что он были на подходе.

— Я займусь, — сказал Каллум с ухмылкой Чеширского кота, хихикая, когда Хизер застонала, а Каллум присел на лестнице с жестокой улыбкой, украшавшей его рот. Оскар ждал рядом с новым iPad в руке, наблюдая, как открывалась дверь, с глазами цвета полнолуния и вдвойне загадочными. — Ну здравствуйте, — сказал Хаэль, потащив пару Кары и Хизер в комнату, схватив их за запястья. — Вы, должно быть, Броуди и Бейли. Кстати, хорошая аллитерация. Есть ли связь?

Бедные подростки выглядели наполовину обделавшимися, так что я шагнула вперед и дружелюбно похлопала Хаэля по плечу.