— Мм, — сказала я, прислоняясь плечом к стене и лениво пожав другим плечом. — На самом деле нет. То есть, мы наврали тебе, чтобы ты продолжала скармливать нас информацией, но вот и все.

Лицо Бриттани было таким напряженным, такое ощущение будто ее кожа могла дать трещину, и монстр мог выскочить наружу. В то же время она была похожа на маленькую девочку, которой только что сказали, что Санта-Клауса не существует, Бог не настоящий, а зубная фея — просто демон со слишком острыми зубами.

— Готова поспорить, что ты знала, да? — начала, даже не утруждаясь выдавить сочувствие. Бриттани Берр сегодня была счастливой женщиной, и я решила, что лучше всего было напомнить ей об этом. — Про ребенка, я имею в виду. Ты видела его лицо и, скорее всего, поняла это, потому что он совсем был не похож на Хаэля.

— Малыши не похожи ни на кого и ни на что, — огрызнулась Бриттани в ответ, ее зубы скрежетали от злости.

Она выглядела такой молодой, уставшей и изможденной, что я решила, что этого наказания для нее достаточно. Быть молодой матерью-одиночкой будет очень сложно, особенно с ее крайне осуждающей семьей и друзьями. Мы игрались с идеей вывезти Рича Пратта из города или пригрозить ему сохранять дистанцию от Бриттани и малыша, но я решила, что это будет куда больше наказанием для ребенка, нежели для кого-то еще.

Я хоть и монстр, но не собираюсь вести себя так.

— В любом случае, — продолжила я, оттолкнувшись от стены и идя обратно в сторону кухни. Бриттани сначала попыталась удержать меня, вытянув руку и положив ладонь на стену, но я просто схватила ее запястье и убрала ее. Она знала, что не могла побороть меня, и, к счастью для нее, она даже не пыталась. — Я клоню к тому, что тебе очень повезло, Бриттани.

— Я позвоню своему отцу и расскажу ему, что ты здесь досаждаешь мне. А затем расскажу ему все, что когда-либо слышала про Хавок…

Я перебила ее, подняв палец. Другой рукой я открыла холодильник и рыскала внутри, пока не нашла бутылку айс-ти со вкусом персиков. В основном эти чаи на вкус были, как слишком сладкий сок. В этом был только намек на персик и капелька меда, и я решила, что даже если мне придется ехать в этот шикарный супермаркет в центре Фуллера, где полно самых белых из белых людей, которых вы когда-либо видели, я поеду туда только для того, чтобы купить это.

— Помнишь свой визит в хижину? — спросила я, снова посмотрев на нее. Бриттани потребовалось тридцать секунд, чтобы понять, или, возможно, это я продолжала подсказывать. — Ты знаешь, — я лениво указала на свою руку, а затем указала через плечо, напоминая ей о порезах, синяках, ожогах и всех новых шрамах, которые, скорее всего, у него были.

Ее лицо побледнело, словно она уже знала, что я пыталась сказать.

— Этой прекрасной поездкой ты обязана Хавок.

Очередная пауза. Бриттани попятилась вперед и едва ли удержала себя о приподнятую часть стойки, где стоял ряд табуретов с высокими спинками. Она потянулась ко мне, прижимая экран с ребенком к своей груди, пока смотрела на меня, словно на дьявола, которым, я знала, я была.

— Ты не предполагала, почему была причина, по которой Хавок принимали любой запрос, вне зависимости от содержания? Что наша цена ничего не значила, что наши правила ничего не значили. Бриттани, единственная валюта, которую ты можешь предоставить, это правда, а ты истратила ее всю. Ты должна нам кровью.

— Ты это сделала, — прошептала она, начав дрожать. Ее руки тряслись, пока ее побелевшие костяшки хватались за экран, прижимая его еще ближе к своей груди. — Ты и Хаэль. Хаэль…, — она замолчала, и в конце из нее вышел легкий всхлип. — Из всех…о, мой бог. О Боже. О, блять, мой Бог.

— Ты предала нас, Бриттани. Ты отправила папочку Форреста в школу, чтобы моих мальчиков вывели в наручниках, несмотря на то, что мы выполнили свою часть сделки. Ты была той, которая не смогла отплатить, и нам причитался фунт плоти, — я достала второй айс-ти из холодильника, а потом встала перед ней. Крышка издала нежный хлопок, когда я открутила ее, и Бриттани подпрыгнула, как испуганный олень. — Так что вот они мы, собираем наши долги. Ты не увидишь Хаэля и не заговоришь с Хаэлем. Если ты пройдешь мимо него, то продолжишь идти и будешь думать о том, как измена ему по-королевски извратило твою жизнь в стольких смыслах.

Я сделала глоток своего напитка, как Бриттани зажмурила глаза, соленые слезы потекли по ее щекам.