Это был не он.

Этому не было позволено случиться.

Как я должен был оставаться человеком, когда ее забрали у меня, не один раз, а два раза?

Как я должен был оставаться рациональным и следовать своему плану, когда они оставили меня в нищете?

Ответ был очень простым.

Я не мог.

Я бы не стал.

Оставался только один путь для меня. Одна цель. Одна задача.

Я хотел их крики.

Они заплатят за свои грехи.

Я принял безумие и жажду крови в своей душе.

Пришло время положить этому конец.

Раз и навсегда.

— Килл

Я проснулась.

И я закричала.

Рука зажимала мой рот.

Оружие просвистело в воздухе, ударив Артура в висок.

Слезы текли из моих глаз, когда он обмяк в бессознательном состоянии рядом со мной.

Я боролась. Черт, я боролась.

Но этого было недостаточно.

Что-то укололи мне в руку.

Ледяная кровь прокатилась по моим венам.

Мои глаза широко раскрылись, когда что-то грязное заполнило мой рот. Слабость разлилась по моей крови после болезненного укола.

Тучи затуманили мой мозг.

Блеск иглы в лунном свете говорил мне правду, даже когда мое сознание постепенно уплывало от меня.

Они нашли меня.

Они знали, кто я такая.

Я посмотрела в глаза Аллигатора или же Светлячка — человека с карими глазами, который играл с огнем, — того же самого человека, который украл меня в первый раз.

Теперь он снова крадет меня. Пойманная и схваченная, как будто меня и не существовало.

Я заставила свою тяжелую голову повернуться в сторону, по щекам текли слезы.

Артур!

Он был без сознания, струйка крови текла изо рта. Другой байкер стоял над ним с битой.

— Нет! — закричала я, но это прозвучало как шёпот с всхлипами под ладонью Светлячка.

— У тебя свидание, Кинжал. У меня свидание с чертовой судьбой.

Мое сознание уплывало все быстрее, быстрее и быстрее падая в пропасть, когда наркотики украли ясность мышления.

Последнее, что я запомнила, были его прогорклые губы на моих, когда ставни в моей голове захлопнулись, и я исчезла в пустоте.

Я проснулась во второй раз.

Боль.

Ужасная боль жила в моей голове.

Смыкая губы, я пыталась смазать свой сухой рот. Мое тело пульсировало, оно было в беспорядке, отказывалось напоминать женщину, которой я была прежде.

Я искала в уме ту ужасную стену, которая закрывала мое прошлое. Пожалуйста, не позволяй моей амнезии снова защитить меня.

Мне было все равно, что это было самосохранение. Я не смогла бы вынести этого, если бы все, о чем я так старалась вспомнить, исчезло.

Неуверенно я подталкивала и подталкивала свой разум, проверяя темноту, убеждаясь в том, чтобы она не была заблокирована и не прикована цепью.

Но что-то было по-другому.

Воспоминания кишели — недавние и ужасающие.

— Возьми ее.

— Я не буду.

Я застонала, моя щека прижалась к отельному ковру. Моя голова запульсировала от снотворного, и тошнота захватила мой желудок, что угрожало нам выселением после того, как здесь час назад убрались.

— Что… что ты хочешь от меня? — пробормотала я невнятно, пытаясь заставить себя выпрямиться.

Ковер был удобным. Мой единственный друг. Я бы остался там на некоторое время.

Мужчины перестали спорить.

Один присел на корточки рядом с моим лицом, его ужасные пальцы коснулись моих волос.

— Мы нашли тебя. После всего этого гребаного времени. Не поверил ему, когда он сказал, что это правда. Но ты здесь.

— Я здесь?

Человек с карими глазами усмехнулся.

— Здесь. Девушка, которая должна была остаться в стороне.

Почему я была там? Я не могла вспомнить. Затем во вспышке памяти я сказала:

— Письмо. Я получила письмо.

Холодный смех снова пришел.

— Да, письмо от него. Он сказал, что ты придешь. Я не думал, что ты это сделаешь. Ты должна мне сто долларов за то, что я проиграл ставку.

Пиная меня в живот, он перевернул меня, и я лежала, глядя на светлую тень выше. Мои глаза пытались сфокусироваться на двух людях, нависших над головой, но не могли — это были всего лишь пятна.

— Возьми ее. Мы будем держать ее отдельно от другой партии. Килл никогда не узнает.

— Почему бы нам просто не убить ее? Он хочет разрушить его. И она сделает это.

Другой человек с более глубоким голосом, грохочущим как камни, сказал:

— Этого недостаточно. Ему нужно увидеть ее. Нужно посеять смуту, прежде чем мы сможем избавиться от нее. Кроме того, я хочу денег, которые принесет ее сладкое маленькое тело.

Ботинок прижимается к моей груди. Я съежилась.