Я вскрикнула, когда он схватил мою ногу, поднял ее выше и раздвинул еще шире. Я думала, что никогда не смогу прикоснуться к этому мужчине — обнять его или погладить, когда он вонзился в меня — но все мои желания сбылись.

Мои руки опустились на его бедра, вжимая его сильнее, заставляя двигаться жестче, с животным инстинктом.

— Черт побери, Клео, — простонал он, когда я сильнее вонзила ногти.

Мы были так близко. Наша кожа липла друг к другу; его сердце прервало мой удар, пока я не поклялась, что они бьются в унисон. Мы были слишком близко. Мы были недостаточно близки.

— Килл, ты меня убиваешь.

— Арт, черт побери, — прорычал он. Его руки схватили покрывало рядом с моими ушами, когда он вошел глубже.

Необходимость кончить ныла в каждой части тела. Каждый удар его большого члена посылал меня все выше и выше. Долго я бы не продержалась.

Втиснув между нами  колено, я оттолкнула Арта и закинула ногу ему на плечо. Одним движением я избавила себя от своей уязвимости и веры, полностью раскрываясь, и позволила ему контролировать происходящее.

Он не сказал ни слова. Его глаза тлели, а зубы вцепились мне в ногу, сильно кусая, пока он тяжело вонзался в меня. Его живот напрягался от каждого толчка. Моя грудь подпрыгнула, и я знала, что он все увидит. Мои шрамы, мои татуировки, любовь, буйствующую в моих глазах.

— Черт побери, Клео. Ты не представляешь, что ты со мной делаешь.

Я улыбнулась.

— Представляю. То же, что ты делаешь со мной.

— Ты в моем гребаном сердце.

— Я была там с первой встречи.

Он хитро усмехнулся, его глаза были полны темной похоти.

— Да. Всегда была там.

Его взгляд упал между нами, пристально глядя на мою обнаженную киску. Я посмотрела туда, где мы слились в одно целое, тяжело дыша от невероятного вида его большого члена, исчезающего во мне с каждым ударом.

Его челюсти сжались, его ногти впились в мою ногу.

— Я кончаю. Я должен кончить.

Я кивнула.

— Кончай. Возьми меня с собой.

Расслабив челюсть, он увеличил свой темп, вколачивался и трахал, пока его член не напрягся, а лоб не нахмурился от удовольствия.

— Боже. — Его рот открылся, и все его тело вздрогнуло, подталкивая себя к вершине.

Глубоко внутри я почувствовал первую пульсацию и всплеск его освобождения.

— Да, Арт. Боже, дай мне это.

Он подался вверх, его взгляд затуманился, когда он продолжал кончать. Его пальцы опустились на мой клитор, потирая твердо и решительно, отрывая меня с моего утеса и швыряя меня в стратосферу.

Моя спина выгнулась, пальцы на ногах сжались, и мое собственное освобождение появилось из ниоткуда, забросило меня высоко, затем вращало меня, как волчок, пока я не взорвалась на космические осколки.

Я отдала ему все, что имела. Я отдала ему все свои проблемы, мечты и воспоминания. Я позволила ему спасти меня. И в то же время я спасала его.

К тому времени, когда последняя дрожь от наших оргазмов исчезла, мы уже не могли дышать и не чувствовали костей.

Я застонала, когда Артур выскользнул из меня, осторожно спуская мою ногу со своего плеча. Я поморщилась, пока он массировал затекшие мышцы.

Беззвучно он плюхнулся на спину, притянул меня ближе и прижал к своему телу.

Вместо того, чтобы стесняться из-за липкости между моими бедрами, мне нравилось быть в этой колыбели.

Ядерная бомба могла взорваться, и я даже не подумала бы двигаться. Я была именно там, где я хотела быть.

Обвив своим большим телом мое маленькое, его рука сжимала мою грудь. Прошептав в мои пряди, он пробормотал:

— Ложись спать, маленький Лютик.

Я вздохнула, борясь со слезами счастья, грустными слезами, растерянными и все еще потерянными слезами, но сияние в моем сердце слилось с чувствами, связав их в насыщенное, удовлетворенное покрывало.

Впервые с тех пор, как я забыла о своем мире и родственной душе, я уснула с улыбкой на лице и осознанием того, что я была в полной безопасности.

Я признаю, я долбанный неудачник, если думал, что она мертва.

Это еще ничего, сравнивая с тем хаосом, которым я являюсь сейчас.

Я страдал, чтобы мой мир имел хоть какой-то смысл.

Все больше ни черное и белое.

Я боролся против желания спрятать мое сердце. Это было бы проще, меньше боли, когда не чувствуешь ничего.

Но Клео вытащила меня обратно.

Боль настолько интенсивна, что я не могу дышать. Не могу думать. Не могу двигаться.

Она была реальна.

Она вернулась из мертвых ради меня.

И сделаю все, что от меня зависит, чтобы она не покинула меня снова.

— Килл.

Я проснулась от того, что Артур водил пальцами по моему животу.