Я хотел убить ее.

Честное слово, убью ее голыми руками, обхватив ее злобное горло.

Вместо этого я кивнул и, сдерживая ярость, пробормотал:

― Благодарю, мисс Таллап.

Мне потребовалось все, что у меня было, чтобы выйти из класса, пробежать по коридору и вдохнуть, когда зеленая трава и послеполуденное солнце приветствовали меня.

Олин.

Мне нужна была Олин.

Мне нужна была единственная девушка, которая сделала мой мир терпимым, хотя и сделала его намного сложнее.

Олин

– Наши дни –

― Итак... ― ГИЛ засунул руки в карманы джинсов, когда мы стояли под блеклыми звездами у его склада.

― Итак. ― Я облизнула губы, разглаживая юбку, прекрасно чувствуя, что не умылась, и от нашего соития мои бедра были липкими.

На его лице лежала тень ночной и эмоциональной тьмы. Единственный уличный фонарь был так далеко на территории склада, что его свет был бесполезен, не мог прогнать мрак. Луна не помогала, укрывшись за тонкими облаками, из-за которых выглядывали только храбрые звезды.

Он вздохнул, словно не зная, что сказать.

Как мы обсудили то, что там произошло? Как мы смогли уйти?

Я перекинула сумочку через плечо и вступила с ним в разговор.

― То, что только что произошло, Гил... Это было...

― Ошибкой. ― Он провел дрожащей рукой по волосам. ― Я не знаю, как я мог позволить этому случиться.

Вспыльчивость разожглась во мне.

― Знаешь, дело было не только в тебе.

Он сердито уставился в землю.

― И как ты смеешь называть это ошибкой? ― Я попыталась обуздать свое разочарование. ― Это было потрясающе. Именно так, как я думала и будет между нами. Это...

― Это больше не повторится.

Мое сердце сжалось. Я по глупости думала, что мы преодолели все, что нас разделяло. Я надеялась...

Я глупо надеялась, что все волшебным образом исправится только потому, что у нас был секс.

Я идиотка.

― Мы можем обсудить это в другой день. ― Я пожала плечами, поморщившись, когда мои волосы потянули за ремешок сумочки. ― Когда ты не будешь таким...

Его пристальный взгляд встретился с моим, прищуренный и настороженный.

― Не таким пьяным?

― Я не собиралась поднимать эту тему, но да. Ты пьян и имеешь дело с вещами, о которых отказываешься мне рассказывать. ― Я скрестила руки на груди. ― Ты попросил меня стать твоим холстом сегодня вечером, но вместо того, чтобы найти профессионального художника, я нашла пьянчужку.

― Ты опоздала.

Мой подбородок взлетел вверх.

― Ты был где-то в другом месте.

― Откуда, блядь, ты знаешь, где я был? ― Гил ущипнул себя за переносицу, тихо застонав. ― Прости. Я просто... черт. ― Он покачал головой, как будто изо всех сил старался избавиться от отравляющего напитка.

― Где ты был, Гил? ― Мой вопрос был таким же тихим, как серебряная луна, выглядывающая из-за туч. Мой взгляд переместился на брызги краски на его руках и сочетание травы и грязи на его одежде.

Возможно, Джастин был прав, беспокоясь о нем. Возможно, он нуждался в большей помощи, чем я могла ему оказать.

Что заставило его сегодня обратиться к бутылке?

Почему он не повернулся ко мне?

― Почему ты пил? Ты сказал, что никогда не будешь таким, как...

― Не надо. ― Он поднял руку. ― Не задавай вопросов, на которые я не могу ответить.

Чувство вины снедало за то, что я не была рядом с ним. Не смогла найти его раньше.

Гил не был моей ответственностью. Он выбил меня из колеи, и с тех пор, как мы нашли друг друга, все было только сложнее.

Но это не меняло факты.

У меня всегда будут чувства к этому человеку.

Калейдоскоп чувств.

Неоспоримо и не исчезнет в ближайшее время.

― Ты же знаешь, что я ни за что не стану тебя осуждать, верно? ― Я придвинулась ближе. ― Ты можешь доверять...

― Прекрати. ― Он оскалил зубы, отступая назад. Алкоголь сделал его более жестким, уничтожив приличия, за которые он изо всех сил цеплялся. ― Тебе пора идти, Олин.

Я проигнорировала его.

― Тебе все еще нужно нарисовать меня сегодня вечером?

Его полуулыбка смешалась с усмешкой.

― Разве я выгляжу способным нарисовать тебя?

Я не хотела отвечать на этот вопрос.