–– Нет, он есть. Тебе всего лишь нужно открыть глаза и посмотреть вокруг себя, – её губы изгибаются в улыбке. – Ты связал жизнь с потрясающей девушкой. Именно она поможет тебе обрести новую жизнь без травм прошлого. Твой отец – самая большая опора для меня. Сделай этой опорой человека, к которому ты по-настоящему что-то чувствуешь.

Мои губы изгибаются в недоверчивой улыбке.

–– Аспен никогда не захочет стать моей опорой, мама. Она слишком гордая, чтобы признать хоть какие-то чувства ко мне.

–– Но я вижу то, как ты смотришь на неё. Покажи ей, какого мужчины мы с твоим отцом воспитали. Её нужно всего лишь чуточку подтолкнуть, – мама подмигивает и направляется за своей шляпой. – А если это не сработает, то сыграй на чувстве гордости. Ни одна женщина не отдаст то, что принадлежит ей, сынок.

Я следил за мамой, когда она исчезла за дверью, мой взгляд задерживается на её элегантном платье. Её слова заставили меня задуматься, может быть, Аспен сможет преодолеть все преграды, которые лежат на её пути, и позволит мне войти в её жизнь. Совет мамы о гордости женщин я решил оставить себе на заметку.

На войне все средства хороши, даже когда ты воюешь с собственной женой.

Аспен

Ренессанс? Серьёзно? Да они издеваются!

Кто в 21 веке строит летнюю виллу в стиле эпохи Возрождения? Я могу понять любовь итальянцев к пилястрам, но эти капители заставляют мой глаз дёргаться. Мне нужно убедить заказчика сменить стилистику, иначе этот проект будет сниться мне в кошмарах.

Надо предложить сменить тематику эпохи Возрождения на неоклассицизм, таким образом, сохранится нотка классической пафосности и лёгкий исторический флёр, но при этом здание будет органично выглядеть и не будет позорить моё имя. Хотя мне должно быть всё равно, потому я работаю над этим проектом под псевдонимом, но эта безвкусица убивает меня. Позолоченную лепнину заменим на минималистичный декор, но при этом сохраним торжественность и пафосность здания.

Я слышу, как дверь позади меня открывается. Лия останавливается сзади, просовывая голову через моё плечо на чертежи.

–– Твой любимый стиль? – с лёгким смехом насмехается подруга. – Когда мы планировали спроектировать что-то подобное, ты проклинала этот проект всеми возможными словами.

Мой взгляд остаётся на листках чертёжной бумаги. Я и правда готова проклинать всё, что я через силу начертила, но цель работы там слишком важна для меня. Я подобралась так близко, отказаться от этого из-за такой мелочи было бы самым большим провалом.

–– Зачем тебе вообще этот проект? – спрашивает она.

Я поворачиваюсь к Лии и начинаю смотреть за тем, как она сушит волосы полотенцем. Лучше было бы, чтобы я рассказала ей всё, но меня что-то останавливает. Если я скажу ей, что это интересный проект, то она сразу меня раскусит. Я бы ни за какие деньги не взялась за такой проект.

–– Почему вы так быстро? – я стараюсь перевести тему.

Лия замирает на месте.

–– Прошло около двух часов, – подмечает она. – А ты, видимо, засиделась над ненавистным проектом.

Я столько времени потратила на этот проект? Он не должен существовать с такой безвкусицей вообще.

Лия подходит ко мне, останавливаясь рядом со мной. Она ещё несколько раз изучает чертежи, просматривая каждую делать, которую я начертила.

–– Напомни мне поднять твою зарплату. Твой талант не должен растрачиваться зря и создавать до ужаса скучные проекты.

–– Мечтай, дорогая, ты просто так от меня не избавишься.

–– Периодически мне хочется сделать именно это. Ты прекрасный человек, но, когда дело касается работы, ты невыносима. Даже больше, чем я, – Лия толкает меня бедром в плечо, оставляя мокрый след на коже.

–– Перестань делать меня мокрой! – мне приходится отодвинуться от неё на стуле, чтобы это засранка больше не приближалась ко мне в своём игривом настроении.

–– Мы прекрасно знаем, кто делает тебя мокрой, – на лице подруги появляется игривая улыбка, и она кокетливо играет бровями.

Напомните мне, почему я не могу ударить её прямо в эту минуту?

–– Так как там обстоят дела с твоим ненавистным мужем? – с лёгкой небрежностью напирает она.

–– Я чувствую себя так, будто мне снова шестнадцать, и я только узнала, что такое чёртовы гормоны, – из меня выходит жалобный стон. – Это отстой.

–– Перестань, – смеётся она. – Ты слишком преувеличиваешь масштаб проблемы. Вы оба взрослые люди, вы женаты в конце концов. И ещё, я помню твои пьяные красочные рассказы о той горячей ночи в Париже, – Лия продолжает что-то говорить, переодевая мокрый бикини, но я вообще не слушаю её. Не понимаю, что мне с этим делать. Предложить Нико секс? И потешить его самолюбие и все те слова, которые он мне говорил?

–– Ты вообще слушаешь меня? – Лия появляется рядом со мной в нежно жёлтом платье. Она щёлкает несколько раз пальцами около моего лица. – Подожди, – наклоняясь ко мне, наши глаза оказываются на одном уровне, и она делает то, что окончательно начинает выводить меня из себя. –Ты замечталась о парне?

–– Пошла к чёрту! – я вскакиваю на ноги, чуть ли не сбивая её с ног.