–– Тебе пора признать, что ты хочешь трахнуть меня. Снова, сладкая, – он оставляет поцелуй на моей шее, и я вздрагиваю от этого жеста.

Забудьте про вилку. Я воткну в него нож и буду целиться далеко не в сердце.

Нико

Улыбка не покидает мои губы, когда я вспоминаю сегодняшний ужин. Я не мог ничего с собой поделать, увидев её в этом струящемся светлом платье. Шелковая ткань облегала каждый изгиб манящего тела, которое так и просило прикоснуться к нему. Её кожа поблёскивала на солнце, создавая полное великолепие из моей жены. Не проходило ни дня, когда я бы не думал о ней.

Смотреть на то, как она сдерживалась передо мной, было отдельным наслаждением. Едва прикоснувшись к её коже, всё во мне вспыхнуло ярким пламенем. Мне пришлось приложить все силы, чтобы не показать присутствующим за столом все свои эмоции. Иначе им пришлось бы лицезреть картину того, как я пожираю Аспен прям на столе. Но ещё больше сдерживаться мне пришлось, когда мои губы коснулись изгиба изящной шеи. Её парфюм молниеносно пробрался в меня. Сочетание сладкого кокоса и чего-то терпкого.

Чертовски восхитительно.

–– Он должен прибыть с минуты на минуту, – информирует Гарри, смотря на планшет. – Подлетает.

Я вскидываю брови, смотря на Гарри. Мне ещё придётся свыкнуться с той мыслью, что мы одна семья.

–– Остин останется с девочками, – Марко отпивает виски. – Больше мы никому не доверяем.

–– Кто такой Остин? – мои слова вылетают с неодобрением. – Вы оба хотите, чтобы я оставил свою жену непонятно с кем и спокойно уехал? – во мне что-то взрывается, когда я думаю, что Аспен может остаться в опасности.

Гарри внимательно смотрит на меня. Потом поднимается с кресла, и, огибая стол, показывает мне фото мужчины на планшете. Высокий шатен смотрит в камеру и улыбается. У него высокий рост, крепкое телосложение. Гарри пролистывает фото и показывает мне следующее. На фотографии полный хаус. Я всматриваюсь более детально.

–– Это «Арена смертников». Около десяти лет назад. Остин вышел победителем.

Я продолжаю смотреть на экран, и лёгкий холодок воспоминаний пробегает по моей спине. Запах свежей и протухшей крови отчётливо бросается в мой нос. На арене все трупы хранятся до тех пор, пока не будет выявлен победитель. Каждое изуродованное, истерзанное тело остаётся там, где был сделан последний вздох. Игроки могут бороться за жизнь неделями или месяцами. Проходя через арену несколько раз, я всё равно с неким отвращением вспоминаю те дни, когда я был там.

–– Я должен проверить его лично, – констатирую я. – Десять лет назад довольно большой срок. Может, он уже разваливается, как трухлявое полено? – из меня льются возмущения. – Я наотрез отказываюсь оставлять её тут непонятно с кем!

–– Поверь мне, он достаточно хорош собой, – подмечает Гарри, возвращаясь на своё место.

–– Только когда я увижу это собственными глазами.

Марко прыскает со смеху.

–– Ты сейчас ведёшь себя как курица-наседка в отношении своей жены.

Я смотрю на друга как на идиота. Он серьёзно назвал меня курицей-наседкой?

–– Пошёл к чёрту! – я ухмыляюсь. – Я беспокоюсь о безопасности всех женщин в этом доме, а тебе, лишь бы засунуть член в жену, при первом удобном случае.

Марко моментально перестаёт смеяться и сурово смотрит на меня.

–– Поосторожнее со словами, – предупреждает он. – Ещё одно и я надеру тебе твою горящую задницу. – он молчит какое-то время. – Откуда ты вообще знаешь?

Мы смотрим с Гарри друг на другу и разражаемся смехом. Марко смотрит на наши лица и прищуривает глаза на Гарри.

–– Это ты ему сказал, придурок? – он бросает в него карандаш.

Гарри ловит карандаш и прокручивает его в руке, а затем пожимает плечами.

–– Я должен был с кем-то поделиться вашим животным притяжением, – с издёвкой щебечет он.

Марко уже собирается что-то сказать, когда Аспен вбегает в комнату. Её лицо искажено от эмоций, которые выплёскиваются из неё.

– Вы вообще видели его? – вопросительно спрашивает она, упирая руки в бока. – У него всё тело в синяках! Вы не можете взять его с собой на чёртову войну.

Марко и Гарри вопросительно смотрят на мою жену, будто не понимают, что она говорит. Аспен оглядывает присутствующих и не двигается с места, верно, стоя на своём решении. Тепло разливается по моему телу, медленно проползая по венам к самому сердцу.

Чёрт, она переживает за меня.

От одной мысли на моём лице расползается довольная улыбка.

– Разве ты не собиралась избавиться от него? – с лёгкой издёвкой спрашивает Гарри.

Аспен опускает голову и тихо вздыхает, а потом смотрит на брата глазами, полными предупреждения.

– Я не собираюсь становиться вдовой в двадцать восемь, чёртов ты идиот!

– Рад это слышать, – Гарри бросает внимание на Марко. – Нам стоит обсудить это решение с его женой.

Марко бросает на меня заинтересованный взгляд.