Может быть, я могла предупредить папу, для чего нужно было поговорить с ним. Я осознала, как сильно забилось мое сердце при этой мысли, как сильно я соскучилась по своему отцу.

Я съехала вниз по сиденью, обрадовавшись тому, что Нэш выехал на дорогу.

– Почему ты не приехала на похороны папы?

– Это один из твоих вопросов?

– Считай это бонусом за то, что я вожусь с тобой. Я должна была столько, особенно учитывая, что я не была уверена в том, что выдам ему адрес папы.

– Рид попросил меня не приходить.

Нэш пронзил меня взглядом, на этот раз затормозив посреди дороги.

– Он сказал тебе не приходить?

– И да, и нет. Я знаю, что вы похоронили Хэнка в его родном городе, но Рид вырос в Истридже. Он хотел, чтобы и там было что-то. Мы, очевидно, не могли разделить гроб, но он попросил меня похоронить урну с любимыми вещами Хэнка в середине лабиринта. Пока вы хоронили Хэнка, я закопала урну. Прямо перед статуей Геры.

– Что ты закопала?

– Его джерси с «Пантерами». Блок стикеров, которые он везде развешивал, – улыбка тронула мои губы, – его любимые солнцезащитные очки, те, которые он постоянно терял, когда носил. Книга, которую он читал нам с Ридом, когда мы были маленькие. Корону короля выпускного, которая тебе не нравилась, но твой папа считал ее забавной и повесил на стену.

– Так вот куда она делась.

– Ты не злишься, что я ее взяла?

Он заставил меня ждать несколько минут, прежде чем ответил:

– Нет.

Новый дом Бетти стоял на границе районов: среднего класса и неприлично богатым районом Истриджа. Я предположила, что дом купил Нэш, и это ее устраивало. Настолько, что всякий раз, как я разглядывала его на фото, которые присылал Рид, мое сердце разбивалось при мысли о том, как счастливы они были бы там с Хэнком.

Мы подъехали где-то к восьми утра, что для Бетти Прескотт было почти полуднем. На подъездной дорожке витал запах завтрака. Нэш заглушил мотор, распахнул дверь и принюхался.

Я открыла дверь раньше, чем он успел сделать это, потому что, каким бы засранцем он ни был, его мать-южанка приучила его открывать двери перед женщиной.

– Как ты думаешь, сильно разозлится Вирджиния, если я останусь у Бетти, вместо того чтобы идти на ее клубный завтрак?

– Как медведица, у которой украли детеныша, – одна бесконечная ярость и никаких материнских инстинктов.

Я улыбнулась.

– Стоит сделать это.

Нэш открыл дверь своим ключом, в дверном проеме я коснулась плечом его руки. Улыбка на моем лице погасла при виде Бэзил и Рида, сидящих на кухне Бетти. Казалось, они не рады видеть нас. Даже Бетти не выглядела обрадованной.

– Твою мать, – пробормотал Нэш.

Я быстро оправилась, прыгнув к Риду в объятия.

– Рид! – Он неловко похлопал меня по спине одной рукой.

– Почему ты с Нэшем?

– Мне нужно было, чтобы кто-нибудь подвез меня в Истридж.

– Кажется, не просто «подвез», Эм.

– Прошу прощения?

– Скажи, что не собираешься сделать какую-нибудь глупость.

Я отстранилась от него, переключив внимание на широко распахнувшую глаза Бетти.

– Понятия не имею, о чем ты.

Ситуация накалилась так быстро, что я поняла: Рид уже был на взводе. Я как можно быстрее оценила ситуацию. Бэзил выглядела похожей на себя, но вела себя необычно. Не хмурилась. Не метала взглядом молнии. Это сбивало с толку.

Бетти сжимала свой тонкий серебряный браслет – подарок Хэнка на годовщину свадьбы. А также намек на то, что они обсуждали нечто, что, должно быть, разбило ей сердце. В последний раз Рид выглядел так, когда сидел в наручниках в нашей гостиной.

Он придвинулся ближе ко мне, что заставило Нэша позади тоже шевельнуться. Я вытянула руку, останавливая обоих.

– Скажите мне, что происходит, – требовательно спросила я, – прежде чем предъявлять мне обвинения, которых уже не взять назад.

Если такова была его реакция на меня с Нэшем, как бы он отреагировал, узнав, что у нас был секс? В. Его. Постели.

– Спроси себя, – начал Рид, игнорируя меня, – хочешь ли ты быть с кем-то, кто хочет позволить своему брату сесть в тюрьму. – Он ткнул пальцем в Нэша. – Еще лучше, спроси его, как он получил свои миллионы, или миллиарды, или сколько, мать его, там.

– Рид… – Я не знала, что ответить на это, знала только, что ответ будет ужасен.

Нэш встал рядом со мной. Рид прищурился на нас. Мы выглядели, как союзники.

– Ты сказал Эмери, чтобы она не приезжала на похороны папы? – Нэш говорил очень тихо.

Бетти ахнула и вцепилась в тряпку на кухонном столе.

– Рид!

– Ты заставил ее остаться в Истридже и похоронить урну самостоятельно? – Нэш стоял лицом к лицу с Ридом. – А когда мама спросила, где Эмери, ты не сказал ей правду? И ты злишься за ложь на нас?