Ее глаза расширяются, в них вспыхивает раздражение, но она ничего не говорит. Она выходит за дверь, хлопнув ею по пути. Я пытаюсь погнаться за ней, надеясь, что смогу сбежать вместе с ней, но сильная рука обвивается вокруг моей талии и тянет меня назад. Я прижимаюсь к мощной груди Ашера.

— Серьезно?! Она подключилась к этой биометрической штуковине, а я нет?! — Я отбросила остатки гордости и заскулила. — Мне нужно выбраться отсюда, Ашер. Прошло столько времени. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Я уже даже не знаю, чем пахнет снаружи.

— Загрязнением, — услужливо подсказывает Ксавье.

Он делает попытку апперкота.

Я, конечно, промахиваюсь.

Я вообще-то не склонна к насилию. Клянусь. Я просто не могу так долго находиться в одной ловушке. Я всегда была в движении, либо из приемной семьи в приемную, либо из страны в страну. Не думаю, что смогу выдержать это долго.

Черт, не думаю, что я справлюсь с этим прямо сейчас.

Квартира Ашера огромна, но это не свобода. Мне нужна настоящая свобода. Без нее я схожу с ума. Я вновь обрела уважение к заключенным. Как они это делают? Как они справляются с этим? Я застряла в роскошной квартире площадью двадцать тысяч квадратных футов, и это сводит меня с ума.

На прошлой неделе я 13 часов пряталась под столом Ашера, ожидая, когда он войдет, чтобы напугать его. К тому времени, как он пришел, я уже спала, и, по сути, весь день прошел впустую. В итоге Ашер отнес меня спящую на кровать.

Вздохнув, Ашер протягивает мне коробку.

— Это прототип для наших новых очков виртуальной реальности. Это немного поможет справиться с безумием. Я уже запрограммировал в них кучу игр и живописных занятий. Вот управление для него.

Я беру пару перчаток, которые он мне протягивает. На них есть маленькие металлические кружочки, которые, как я понимаю, работают как контроллер.

— Они уродливые, — говорю я ему, хотя мне льстит, что он доверил их мне. Что он решил сделать это для меня… Даже несмотря на то, что это он заманил меня в ловушку.

— Это прототип, Люси. — В его глазах темнота: — К тому же, красота переоценена.

Эти слова странно звучат из его уст, учитывая, что он самый физически красивый человек, которого я когда-либо встречала. Не зная, что на это ответить, я вместо этого просматриваю список приложений, которые он запрограммировал на VR-консоль. Их десятки, все они соответствуют моим интересам, но несколько привлекли мое внимание больше всего:

Лаборатория Люси

От монофторового натрия

роацетата до батрахотокса

и всего остального между ними, экспериментируйте с

опасными химическими веществами,

с которыми вы не смогли бы

в реальной жизни.

Приключения для Люси

От ярких и морозных

вершин Мачу-Пикчу до

таинственных и темных

глубин Марианской впадины.

мир — твоя устрица, Люси Айвз.

Кухня Люси

Любой инструмент, любое приспособление,

любой ингредиент — все это

твое. Приготовь торт своей мечты,

торт или любимую лазанью

без лишних хлопот.

Десятки приложений — "Лаборатория Люси", "Приключения Люси", "Кухня Люси" и многие другие — названы в честь меня и ориентированы на мои интересы, в основном на то, о чем я упоминала лишь вскользь за все время знакомства с ним. Не могу поверить, что он помнит обо мне все эти вещи.

Есть приложение с изображением практически заполненной арены "Мэдисон Сквер Гарден", предназначенное для избавления от страха перед сценой. Я как-то вскользь упомянула ему о своей боязни сцены. Другое приложение предназначено для того, чтобы научить меня играть на треугольнике. Я даже не помню, как сказала ему, что не умею играть ни на одном инструменте. "Даже на треугольнике", — сказала я тогда. Больше этот вопрос не поднимался.

Как и темы большинства приложений. Тревожно и лестно, что он уделяет мне так много внимания, тому, что я ему говорю, и тому, чего не говорю.

Боже мой.

Он сделал все это для меня.

Но он же и заманил меня в ловушку.

Что я должна чувствовать по этому поводу?

Я не знаю точно, но знаю, что мое сердце бешено колотится, как на марафоне, а когда я поднимаю глаза, чтобы поблагодарить его, он уже уходит.

Как загадочный призрак, которым он и является.

Любопытно, что

физическая смелость должна

быть такой распространенной в мире,

а моральная смелость — такой редкой.

Марк Твен

Час спустя я на полной скорости спускаюсь на лыжах по склону в Афинах, а Ксавье идет вплотную за мной. Я не вижу его, поскольку на мне очки, но я точно слышу, как он переставляет мебель, чтобы я не ударилась обо что-нибудь вслепую.