У меня в кармане завибрировал телефон. Я вытащила его и увидела на экране сообщение от Лии.

Лия: Где ты?! Я встала за водой, а тебя нет.

Лия: Три часа ночи! Кто ты такая и что сделала с моей сестрой?! [GIF бровей из «Дневников принцессы».]

Я задумалась. Я ведь спала не на кухне и точно оставила дверь закрытой, а значит, Лия сама решила меня проведать. Казалось, что я покинула свое бренное тело и перенеслась в другой мир, где существовало счастье. Где Лия Ричардс любила меня, а Тейт Маркетти осыпал полуночными поцелуями на лугу из планет.

Я: Иду домой. Буду через десять минут. [Гифка с тренировкой «Я возбужден».]

Я помахала телефоном.

– Лия написала сообщение, хочет знать, где я. Думаю, мне пора идти.

– Боже, помоги, мы реально подростки, да? – застонал Тейт.

Я отбросила волосы за спину.

– Давай наперегонки до ворот парка.

Спрыгнув, я покраснела, задев рукой Тейта. Он обвил рукой мою талию и поставил на твердую землю.

– Привет, Чарли.

– Привет, Тейт.

Я отодвинулась и взяла его за руку. Как всегда, Тейт проводил меня до квартиры, остановившись в нерешительности перед верхней ступенькой третьего этажа. Я прошла за тот невидимый барьер, который он так и не преодолел, но Тейт развернул меня и прижался своим ртом к моему.

Он отстранился.

– Теперь можешь идти.

– Вот же динамщик.

Я направилась к квартире, не в силах стереть глупую ухмылку с лица. Я толкнула дверь, переступила порог и высунула голову, чтобы в последний раз взглянуть на Тейта. Он все еще смотрел на меня.

– О, и, Тейт? Я люблю тебя.

Я убежала прежде, чем смогла увидеть его реакцию, закрыв за собой дверь и не оглядываясь.

Существовал миллион и одна причина не ездить на метро.

Запахи.

Грязь.

Невозможность найти чертово место.

А если удача все же улыбнулась и ты сел, то с вероятностью почти сто процентов тебе на лицо все же приземлится чья-то задница.

Но сегодняшняя причина – цифровой рекламный щит с именем Келлана. Я уткнулся в него мордой, когда выходил со станции. Не в буквальном смысле, но мог бы с таким же успехом.

Щитов было двенадцать. Они тянулись по стене от кассы обслуживания, где стоял я, до лестницы, по которой мне нужно было подняться, чтобы сбежать из этого ада. Вспыхивали, как лесной пожар. Да еще и потребляли столько же кислорода.

Черт, мне стало трудно дышать.

Я, конечно, и так пытался их не замечать. Но Вселенная сделала это невозможным. Каждый раз, стоило мне свернуть влево, чтобы удалиться от этих щитов, половина Манхэттена отбрасывала меня назад, как человеческий пинбол.

Я поймал себя на том, что пялюсь на него.

На обложке.

На его имя.

На похвалы, которыми был усеян каждый плакат, от людей, казавшихся важными.

«Торжество двух потерянных душ, нашедших друг друга. Приправленный социальными комментариями о любви, потерях и состоянии общества, текст Маркетти представляет убедительный довод в пользу того, что стоит делать неправильный выбор и наслаждаться им». – The New York Examiner.

«Келлан Маркетти – это Холден Колфилд, если бы Колфилду суждено было влюбиться дикой, безудержной любовью. Эта книга стала моей возлюбленной, с которой я больше никогда не хотела расставаться. Каждая страница заставляла меня отчаянно желать большего». – Л.Т. Мун, автор бестселлера New York Times.

«Милый Яд» напоминает мне, почему я читаю». – Publishers Daily.

Когда я добрался домой, то не мог точно определить, почему мне вдруг стало так тяжело. Сомнение. Сожаление. Ностальгия. Все перечисленное? Если верить рекламе, людям понравилась книга, что должно было сделать меня счастливым. Но это только вбило в меня напоминание, что Кела нет рядом, чтобы засвидетельствовать это лично.

Вот что получаешь за попытку спасти планету. Я по этой гребаной причине и купил машину. Воспользуйся ею.

Идея сжечь мир дотла до того, как он успеет сжечь меня, завладела моим разумом. Я хлопнул входной дверью, положив конец фантазии прежде, чем успел набросать план.

Чарли сидела на диване, держа на коленях ноутбук. Заметив меня в промежутке между кухней и гостиной, она вытащила наушники, закрыла экран и подошла ко мне.

Мы встретились между обеими комнатами.

Я прочистил горло.

– Я увидел рекламу «Милого Яда», когда вышел со своей остановки в метро.

– Они потрясающие, правда? – Чарли встала на цыпочки и прижалась губами к моему горлу, потому что могла. – Кто-то написал в Kirkus, что это лучшая книга со времен «Сочувствующего» Вьет Тхань Нгуена.

– Я ее не читал.

– Конечно, не читал, – Чарли изогнула бровь. – Я никогда не воспринимала тебя как типичного жителя метро.

– Моему «Лексусу» меняют шины, и я совершил ошибку, отказавшись от такси.