— С вами говорит ваш дружелюбный сосед-оракул, чем я могу служить вам сегодня? — щебетал голос в объёмном звучании.
— Привет, Каллиопа, — в унисон сказали Аса и Ави.
— Привет, мальчики. Я вижу, Адам не оставил вас в аэропорту. Полагаю, вы все звоните из Бэтпещеры.
Ной поджал губы, сдерживая улыбку. Здесь было намного приятнее, чем в Бэтпещере. Помимо блестящей белой стены, на которой можно было писать, здесь была ещё одна стена с компьютерными экранами и барная стойка. Они явно проводили много времени в своей тайной комнате.
— Нам нужна информация на сегодняшний день. Можешь помочь? — спросил Томас.
— Ты смеешь сомневаться в моих способностях перед простыми смертными? — спросила Каллиопа с притворной обидой.
Ной ошеломлённо посмотрел на Томаса, но тот лишь усмехнулся.
— Виноват. Нам нужна информация.
Раздался отчётливый звук вращающегося стула.
— Я готова. Давай.
— Ной смог опознать Пола Андерсона и священника, имя он не помнит. Ты можешь сопоставить Пола Андерсона и Уэйна Холта с Гари и посмотреть, есть ли совпадения? Должно быть что-то. Бейсбольная команда. Хор церковников. Мужская лига.
Произошла серия щелчков, а затем она сказала:
— Не-а. Ничего. Но если это что-то вроде собрания анонимных алкоголиков, то там не будет никаких записей.
Разочарование Томаса было ощутимым.
— Я только что послал тебе фотографию священника. Проверь её по ежегодникам католической школы, в которой преподавал Уэйн Холт. Думаю, там ты его и найдёшь.
— Минуточку, пожалуйста, — сказала Каллиопа, хотя на самом деле она не переводила их в режим ожидания. Все сидели молча, пока она искала информацию, а звук ногтей, бьющих по клавиатуре, разрезал тишину. А на заднем фоне играла музыка K-pop. Может быть, детям Каллиопы нравились BTS? А может, и ей самой. Единственный человек, который может знать ответ, это Томас.
Ной, как ни странно, сидел спокойно и чувствовал себя в безопасности среди убийц, хотя не думал, что такое возможно после вчерашнего срыва. Настолько безопасно, чтобы попытаться вспомнить что-нибудь ещё, какие-нибудь приметы, что-нибудь, что могло бы помочь им собрать всё воедино, но ничего не мог вспомнить. Полицейского и священника было легко вспомнить; их форма бросалась в глаза, а работа предполагала защиту таких детей, как Ной.
Но остальные... Гари никогда в жизни не делал ничего хорошего. Вряд ли он будет вращаться в тех же кругах, что и Пол Андерсон со священником. Конечно, отец был уважаемым школьным учителем, и они с Гари были лучшими друзьями. Думаю, видеосъёмка отвратительных актов насилия над детьми гарантировала обоюдное уничтожение, если кто-то из них попадётся. А может быть, им просто нравилось переживать этот момент.
— Попался, — крикнула Каллиопа, торжествуя. — Отец Патрик О'Хара... Господи, Томас. Он был директором школы.
— Ну, разумеется, он был, — сказал Август. — Эти парни почему-то всегда поднимаются на самый верх.
— Держу пари, все они сказали бы, что он уважаемый член общества, — добавил Аттикус.
— А его жертвы – нет, — с горечью пробормотал Ной.
— Кто это? — спросила Каллиопа. — Я не узнаю голос.
Аса хмыкнул.
— Это Ной. У нас гость в Бэтпещере.
— Да, видимо, теперь мы приводим гостей, — сказал Ави.
— Привет, Ной! — воскликнула Каллиопа, как будто встретила знаменитость, а не просто старину Ноя, который жил в прогнившем трейлере.
— Привет, — сказал Ной, его лицо порозовело.
— Ной высказал отличную мысль, — сказал Томас.
Правда? Ной сомневался в этом, но всё же было приятно. Томас опёрся бедром на большой стол в конференц-зале, поближе к близнецам.
— Каллиопа, поищи все судебные иски, где О'Хара был указан в качестве ответчика. Скорее всего, они будут закрыты. Церковь очень любит держать такие вещи в тайне и платит за то, чтобы проблемы исчезли. Если не найдёшь, поищи дела против школы Холта и всех предыдущих школ, в которых работал О'Хара.
Все снова прислушались к бешеному стуку ногтей Каллиопы.
— Конкретно по О'Харе ничего нет, но было дело против городской архиепархии. Документы засекречены. Но истцом был взрослый. Не ребёнок.
— Имя есть? — спросил Томас.
— Джозайя Смитфилд.
— Что ты можешь рассказать нам о нём?