Человек, который считал себя легендой, не может исцелиться даже от каменного лезвия.

Кровь просачивается сквозь импровизированную повязку. Комната кружится.

– Сядь, – говорит Вейн, меняя направление, обводя меня вокруг дивана и опуская на подушку.

Моя грудь пульсирует, кожа горит в том месте, где лезвие пронзило плоть и мышцы. Все болит.

– Найди Дарлинг, – говорю я Вейну.

Он присел передо мной на корточки, в его взгляде тревога.

– Со мной все будет в порядке.

– Ты бледнеешь.

– Не хватает солнечного света, – шучу я, но фальшивый смех вызывает у меня приступ кашля, от которого боль пронзает колени.

– Найди Дарлинг, – снова приказываю я ему. – Пожалуйста.

Он встает прямо.

– Не двигайся. Не напрягайся…

– Да, я понял. А теперь иди…

Что-то пролетает по комнате. Вейн ловит это в воздухе.

Блять. Это еще один черный клинок.

– Ложись! – Кричу я.

Но уже слишком поздно.

Одно за другим – тук, тук, тук – еще три лезвия вонзаются в грудь Вейна, и он падает передо мной на колено, его глаза почернели, грудь покрыта полосами крови.

– Вейн! – Я соскальзываю с дивана, чтобы подхватить его, когда он наклоняется вперед. – Вейн!

– Чертова… волшебная… сука, – говорит он влажным рычанием, когда золотистый свет наполняет комнату и разгоняет тени.

Динь-Динь, за которой неохотно следует Тилли, входит в комнату.

– А вот и любители вечеринок, – говорит она. – Вы так рано ушли. Я подумала, что лучше пригласить вас на вечеринку.

Несколько Потерянных мальчишек и фейри низшего уровня окружили чердак, блокируя выходы.

У всех у них мертвые взгляды.

– Мальчики! – кричит она и машет близнецам пальцами. – Идите к своей маме. Давайте.

Близнецы отходят от двери на кухню и подходят к барной стойке, где Динь расставляет несколько стаканов и откупоривает бутылку яблочного виски. Раньше это было ее любимое виски.

– Знаете, что меня забавляет? – Она наполняет стаканы и приносит один мне. Я не решаюсь взять его, потому что Вейн все еще давит на меня всем своим весом. – Продолжай, Питер.

Я выхватываю стакан из ее рук. Вейн продолжает.

– Что мне кажется забавным, так это то, как долго ты искал свою тень, Питер. Как, должно быть, тебе было смешно, когда ты понял, что она все это время была у твоих драгоценных любимцев, – Она смеется, берет еще несколько бокалов и протягивает их близнецам.

– Я верила в тебя, – говорит она мне. – Было время, когда я думала, что ты знаешь все. Когда я думала, что ты можешь все. Помнишь тот праздник, который ты устроил для нас из воздуха? – Она с легкой грустью качает головой. – Это была веселая ночка. Когда ты в последний раз использовал свою силу для таких пустяков? А теперь сплошные войны, перепихоны и, давай посмотрим правде в глаза, нытье.

Она подходит ко мне.

– Выпей, Питер.

Стакан дрожит в моей руке. Я дрожу и не чувствую своих ног.

– Пей. Питер.

Я подношу стакан к губам и делаю глоток, но Динь хватает его за толстое донышко и опрокидывает вверх дном, вливая все это мне в глотку.

У меня даже нет сил сопротивляться.

Когда все заканчивается, она отставляет стакан в сторону.

– В этой комнате есть только двое мужчин, которые достойны власти, которые никогда не ныли и не жаловались на то, что им приходится делать трудные вещи.

Динь широким жестом указывает на близнецов.

– Мои мальчики.

– Какого черта, по-твоему, ты делаешь? – Спрашивает ее Баш.

– Возвращаю вам ваши права по рождению.

– Убив Пэна и Вейна? Ни в коем случае, – говорит Кас.

– Они никогда не позволят тебе вести за собой, – Динь присоединяется к близнецам, лавируя между ними, и ее крылья поднимают пыльцу фей. – Они когда-нибудь позволяли тебе вести за собой?

Близнецы переглядываются.

Ответ – нет, не позволяли. Я всегда относился к ним как к младшим братьям, которых никогда не хотел видеть. Вейн тоже.

Но близнецы выбрали меня. Они доверяют мне.

И все же…у них все еще нет крыльев, и у меня никогда не хватило бы сил вернуть их на трон.

Динь понижает голос, как будто доверяет им.

– Они не хотят, чтобы вы ими руководили. Они просто хотят, чтобы вы повсюду следовали за ними, как другие Потерянные мальчишки, которые хотят, чтобы их нашли. Но вы, принцы фейри, рождены, чтобы руководить.

Баш сжимает челюсть. Ноздри Каса раздуваются.

– И вы должны вести за собой тень, – добавляет она.

– Что, черт возьми, ты предлагаешь? – Баш разводит руками.

– Питер Пэн никогда не заслуживал «Тени Неверленда», – говорит Динь. – Он просто взял ее, потому что думал, что заслужил.

– Нам не нужна тень, – говорит Кас. – Нам просто нужны наши крылья.

– О, – надувает губы Динь. – Разве ваша сестра вам не сказала?

Тилли идет на попятную.

– Сказала нам что? – Спрашивает Баш.

Кас подходит к своей младшей сестре.