Я очень хорошо помню тот день. Я только что вернулась из США и ждала, когда отец вернется со встречи с русскими. Он ворвался в дом, крича и ругаясь. Я никогда не видела отца в таком гневе. Когда спросила, что случилось, он ответил, что неудивительно, что русские хорошо ладят с Мендозой, потому что они все психи. Он не стал уточнять, но позже в тот день я подслушала разговор охранников о том, что русский, пришедший на встречу, был сумасшедшим. Парень отправил всех четырех телохранителей моего отца в больницу, когда они попытались разоружить его, прежде чем разрешить ему поговорить с моим отцом.

Этого русского звали Сергей Белов.

Я должна выбраться отсюда как можно скорее.

Я беру кастрюлю с супом, которую приготовил Феликс, наливаю большую порцию в тарелку и направляюсь к холодильнику, по пути набирая номер Романа.

— Девочка проснулась. — Я достаю бутылку сока. Док сказал, что ей нужно немного сахара.

— Что она рассказала?

— Ее зовут Ангелина. Фамилию не назвала. Путешествовала, когда люди Диего схватили ее и запихнули в грузовик. Говорит, что родом из Атланты и у нее там семья.

— Похоже на то, что сделал бы Ривера.

— Ага. — Я киваю и тянусь за стаканом. — Только это все брехня.

— Думаешь, она врет?

— Обо всем, кроме своего имени.

— Зачем ей врать?

— Потому что ее зовут Ангелина София Сандовал, — говорю я. — Роман, она дочь Мэнни Сандовала.

— Да ты шутишь?!

— Неа. В прошлогодней папке о Мэнни у меня есть ее фотография. Я не сразу ее узнал. Сейчас у нее волосы короче, и фотография старая, но это она.

На другом конце линии раздается поток проклятий.

— Какого хрена она пряталась в грузе итальянцев? Она знала, что груз будет доставлен албанцам?

— Без понятия. — Я пожимаю плечами, беру тарелку с супом и соком и иду к лестнице.

— Пусть она пока остается у тебя, и не спускай с нее глаз, пока мы не выясним, что происходит. Сейчас мне нужно сосредоточиться на итальянцах. Михаил должен быть здесь с минуты на минуту. Мы разберёмся с вопросом о принцессе картеля после того, как уляжется ситуация с Бруно Скардони.

— Хорошо. — Я поднимаюсь наверх. — Но ты должен кое-что знать. Она останется у меня, Роман.

— Что? Ты не можешь ее оставить. Она не чертова бродяжка, которую можно взять себе.

— Конечно, могу.

— Господи Боже! — раздается тяжкий вздох с другой стороны. Я могу представить его реакцию, как будто он здесь, передо мной, сжимает переносицу и качает головой. — Знаешь, у меня сейчас нет желания разбираться с твоим видением реальности. Позвони мне, если она что-нибудь скажет.

— Конечно, — лгу я.

Я не намерен делиться с ним ничем, связанным с Ангелиной, потому что планирую сам разобраться со своей маленькой лгуньей.

Я съедаю еще ложку супа и бросаю взгляд на Сергея. Он наблюдал за мной все время, пока я ела первую порцию, что заняло меньше двух минут. Потом он спустился вниз и принес еще. Сейчас я ем уже третью порцию, а он все еще молчит. Сидит в кресле возле книжной полки и смотрит на меня, как коршун.

Может он раскусил мою ложь? Если да, то наверняка бы высказал все в лицо, так что, думаю, все в порядке.

Он сказал, что разрешит мне позвонить родителям, когда закончу с едой, а поскольку они оба мертвы, я планирую позвонить Регине, подруге из колледжа. У меня нет ни одежды, ни телефона, ни документов. Мне нужны деньги, чтобы купить самое необходимое и устроиться в мотеле на несколько дней. Оттуда я смогу связаться с О'Нилом, чтобы он помог мне с документами, потому что без них я не смогу получить доступ к своим счетам. Я не планирую возвращаться в Мексику, но мне нужно вывезти оттуда и Нану Гвадалупе.

Я ставлю пустую тарелку на тумбочку, пью сок, потом перевожу взгляд на Сергея. Он взял одежду из шкафа, прежде чем пойти за супом, и надел белую рубашку, прежде чем вернуться. Она ему к лицу, и с его татуировками он выглядит менее суровым.

— Могу я сейчас взять твой телефон и позвонить родителям?

— Конечно. — Он достает телефон из кармана и бросает его мне.

Я ловлю его, набираю номер Регины и молю Бога, чтобы она ответила.

— Да?

— Привет, мам. Это я, Ангелина.

— Мама? — Она хихикает. — Ты что напилась?

— Я в порядке, — игнорирую ее вопрос. — Да, поездка прошла замечательно. Я сейчас в Чикаго.

— Чикаго? Ты сказала, что останешься дома, по крайней мере, на две недели. Что ты делаешь в Чикаго?

— Да, я с друзьями. Слушай, меня ограбили. Они забрали мои деньги и документы. Я вспомнила, что здесь живет тетя Лилиана, не могла бы ты через нее передать мне немного денег?