На мгновение наступает тишина, прежде чем Костя отвечает:

— Паша ушел месяц назад.

— Ушел? Нельзя просто так взять и уйти из Братвы. Петров его выследит и убьет!

— Роман его не убьет, но не думаю, что Пашу это волнует. — С той стороны доносится русское ругательство, затем звук ломающегося предмета. — Никто не знает, где он. Первую неделю он отвечал на мои звонки, а потом тишина. Он не появлялся в своей квартире, и я надеялась, что он с тобой.

Меня охватывает ужас.

— А раньше он пропадал?

— Паша? — смеется он, но звучит неестественно. — С тех пор как он пришел в Братву, у него не было ни одного выходного. Ну, до тебя, я имею в виду.

— А где же он тогда? — Я хочу задать вопрос спокойно, но в итоге получается, что кричу, потому что мой голос выше обычного и дрожит.

— Понятия не имею, Ася.

Я мечусь по комнате, пытаясь успокоиться, но в груди все сжалось, сердце гулко колотится. У меня плохое предчувствие, что сейчас произойдет что-то поистине ужасное.

— Позвони мне, как только услышишь от него что-нибудь. Пожалуйста.

— Конечно, дорогая. Я сделаю несколько звонков, чтобы узнать, не видел ли его кто-нибудь, а потом сообщу тебе.

Когда мы закончили разговор, я подхожу к окну, выходящему в сад, и смотрю в пустоту. Я пообещала себе, что больше никогда не буду ему звонить. Если он захочет поговорить, пусть позвонит мне сам.

Я опускаю взгляд на телефон и нажимаю на номер быстрого набора. Телефон звонит. И звонит. Закрыв глаза, я прислоняюсь лбом к окну и продолжаю слушать звук звонка, пока он не отключается, переходя на голосовую почту. Я звоню снова. И еще раз. После четвертой попытки приходит сообщение. Я боюсь того, что в нем может быть написано, и поэтому, прежде чем набраться смелости и открыть его, смотрю на его имя не менее десяти минут.

23:15 Паша: «Mishka, перестань звонить. Прошу».

— Да пошел ты! — кричу я в экран и бросаю телефон на кровать. А потом плачу.

Меня окружают знакомые звуки приветствия и крики. Как и вонь пота, смешанная со слабым запахом плесени. Раздается смех, затем еще больше криков. Я прислоняюсь спиной к бетонной стене и смотрю на телефон в своей руке и только что отправленное сообщение.

Она звонила. Смотреть на ее имя на экране и не отвечать на эти звонки было чертовски трудным. Если бы она продолжила звонить, я бы, наверное, сдался.

Проверяю журнал вызовов. Там сотни пропущенных звонков за последние несколько недель. Не менее пятидесяти — от Кости, но есть десятки от Романа, да и от Михаила тоже. Остальные ребята тоже звонили. Даже Сергей. Я никогда не отвечал. Не хотелось разговаривать. Да и что тут говорить?

Я нажимаю большим пальцем на имя Аси в верхней части списка, провожу пальцем в сторону и удаляю запись. Затем возвращаюсь к отправленному сообщению и удаляю его тоже. Видеть ее имя слишком больно. Надо бы удалить ее номер, но это не поможет. Я запомнил его с того момента, как купил для нее телефон.

Металлическая дверь на другом конце комнаты со скрипом открывается, и входит мужчина. В черном костюме и галстуке он похож на бизнесмена. Что ж, если учесть, сколько людей приходит посмотреть на эти бои и сколько денег переходит из рук в руки каждый вечер, ему действительно нужно быть элегантным.

— Ты следующий, — говорит он за мгновение до звона колокола, за которым следуют возбужденные крики. — Постарайся не вывести противника из строя в первом раунде. Зрителям нравится смотреть на бой.

Я заканчиваю обматывать руки, встаю и иду к двери, в то время как со стороны бойцовской клетки доносятся новые возгласы.

Телефон вибрирует рядом с моей подушкой. Я приподнимаюсь в постели и нажимаю ответить на звонок.

— Ты нашел его? — шепчу я.

— Да, — отвечает Костя.

Я закрываю глаза и дышу. Прошло четыре долбаных дня.

— Значит, с ним все в порядке?

— Да. Вроде как.

Я открываю глаза.

— Что значит «вроде как»?

Костя вздыхает.

— Он опять дерется.

— Что?

— Да. Я пытался с ним поговорить. Ничего хорошего не вышло. Роман тоже ему звонил. Он даже ходил на его последний бой. Паша не хочет возвращаться.

— Но… почему? Он же сказал мне, что бросил драться десять лет назад!

— Паша очень замкнутый парень, милая. Кто знает, что творится у него в голове?

Я зарылась рукой в свои волосы и крепко сжала их в кулак.

— А эти бои опасны?

Он не отвечает.

— Это так, Костя? — кричу я в трубку.

— Ася, это подпольные бои. Чего ты ждешь?

— Я не знаю! Я никогда не была на боксерском матче!