Он крепко притягивает меня к себе, и на мгновение я не уверена, что он не собирается унести меня с острова, убежать со мной, но вместо этого он поднимает меня и несет к столбу. Моя голова прижимается к его груди, а глаза закрываются, и мне приходится бороться, чтобы держать их открытыми.
Через несколько минут появляется Грегори. Он одет в черное с ног до головы, и я понимаю, что Себастьян тоже.
Позади Грега огонь искрит и злобно шипит, и я поворачиваю голову в грудь Себастьяна, когда вижу внутри него клеймо.
— Скажи мне остановиться, — его голос звучит измученно, как будто это его собираются клеймить, — Скажи мне прекратить это, блядь.
Я качаю головой, пытаясь вырваться из его рук.
Но он не отпускает меня, даже когда мы находимся на посту, где Грегори стоит и смотрит, как тот ангел над мавзолеем. Темный, красивый, постоянный и страшный, как черт.
Он ничего не говорит, ничего дерзкого или высокомерного или вообще ничего. Выражение его лица мрачное, и он не перестает смотреть на меня.
— Все в порядке, — говорю я Себастьяну, чьи глаза горят на его брата, убивая его одним лишь взглядом, — Я могу стоять.
Он смотрит на меня сверху вниз, и я никогда не видела его таким. Его глаза, вот такие. Полные тревоги, ненависти, жалости, раскаяния, всего сразу.
Грегори двигается, берясь за одну из моих рук, пока Себастьян ставит меня.
Вниз. Он поднимает его над моей головой, и я думаю, что если он отпустит его, он упадет на мою сторону. Я думаю, что если Себастьян отпустит меня и если я не буду связана, я упаду на землю.
Себастьян поднимает мою вторую руку и фиксирует меня, и мне требуется все, что у меня есть, чтобы выпрямить ноги, встать на них.
Я упираюсь лбом в столб. Несмотря на прохладу, я потею и слышу, как они разговаривают позади меня, но, должно быть, я впадаю в беспамятство, потому что не могу понять, что они говорят. Я только слышу, как они спорят, прежде чем чувствую, как что-то обхватывает меня за середину и я кричу.
— Шшш, — это Себастьян, — Это не оно. Еще нет.
Он откидывает волосы с моего лица, чтобы я посмотрела на него, и мне трудно держать глаза открытыми, но я не уверена, почему я борюсь с таблетками. Я хочу, чтобы меня вырубило, когда они это сделают. Когда он выжжет свою метку на моей коже.
Я смотрю вниз и вижу, как он завязывает ремень вокруг меня и столба, прижимая меня к нему.
— Чтобы ты не двигалась. Чтобы мы сделали это только один раз.
Я не понимаю, но мне все равно.
— Ты ей что-то дал? — я слышу, как Григорий спрашивает, — Она не в себе.
— Она, блядь, в ужасе, придурок. Как бы ты себя чувствовал, если бы это был ты, привязанный к чертову столбу?
— Пошел ты.
Я слышу потасовку и поворачиваю голову, упираясь щекой в столб.
— Мне страшно, — удается мне, мои глаза снова закрываются. Последнее, что я вижу, это лицо Грегори, его глаза на мне, взгляд изнутри, который говорит мне, что это не то, чего он хочет. Не так, как он хочет.
Но потом он подходит ко мне сзади, берет мои волосы и перекидывает их через плечо, и я кричу, когда чувствую, как он разрывает ножны на две части. Звук дрожит, когда он оголяет мою спину, подготавливая ее к железу.
А потом его руки, которые могут быть такими жестокими, такими безжалостными, становятся теплыми и мягкими на моей шее, он гладит меня по затылку и перед тем, как я теряю сознание, он что-то говорит. Я чувствую шепот его дыхания. Всего несколько слов, прежде чем я теряю сознание, таблетки делают свое дело, спасая меня от жара быстро приближающегося железа.
Двадцать шестая глава
Себастьян
T O R N
Серия
Дуэт темного наследия
Книга Вторая
NATASHA KNIGHT
Copyright © 2018 by Natasha Knight
Перевод от https://t.me/AmourIllibooks
Любое копирование и размещение файла без согласия переводчика запрещены.
О книге
Забрать ее — мое право.
Сломать ее — мой долг.
Я всегда собирался выбирать Хелену. Я понял это в тот момент, когда увидел ее.
Она отличается от других. В ней есть какая-то тьма. Что-то дикое внутри нее. И это взывает к зверю внутри меня.