Грозный хищник предупреждающе скалится, обнажая огромные острые клыки и закрывая телом свою добычу. Разворачивает большущую голову к маленькому тельцу и неожиданно тычется носом в девичий висок, заставляя её лицо опуститься вбок, после чего из пухлых синеватых губ начинает стремительно вытекать струйка воды.
Длинные ресницы трепещут. Юля закашливается влагой и перекатывается влево, извергая из легких воду, что наглоталась в озере.
- Мамочки, - крупно вздрагивает, падает на пятую точку и начинает испуганно пятится назад. – Мама, - страх, что застыл в огромных синих глазах нельзя сравнить ни с чем.
Зверь не отступает ни на секунду. Мягкой поступью массивных лап крадется за ней, пока Юля не упирается в широкий ствол сосны.
- Юля! – делаю ещё одну тщетную попытку рвануть на помощь, но хватка хмурого бородача только усиливается.
- Нельзя!
Огромный волк, загнав девушку в тупик, внезапно сгибает лапы и склоняет свою огромную косматую морду, словно в знак приветствия.
- Нет- нет, - мотая головой, испуганно мечется Юля, загнанная в этот плен.
- П*здец, - пораженно выдыхаю и, кажется, формально теряю сознание, оставаясь на ногах, когда этот огромный белый волк отлетает в сторону, будто мешок с картошкой, а на месте Юльки возникает рыже-бурый рычащий зверь…
- Вот, теперь можно, - довольно усмехаясь, оповещает Кай и отпускает мою руку.
Здесь, всё-таки, кажется, я потеряла сознание…
37. Глава 37. Лиза
Сознание и ясность ума потихоньку возвращаются в пределы черепной коробки. Затылок нещадно гудит, и я не открываю глаз, опасаясь столкнуться с невообразимыми картинками реальности. А может, это просто был сон? Сейчас я подниму веки, и выяснится, что я лежу в комнате с девочками. А ещё лучше – у себя дома. Окажется, что проспала. Стану спешно собираться на работу в офис, чтобы не разгневать грозного начальника. Он, как раз, должен приехать на этой неделе с проверкой…
Сердце понемногу приходит в нормальный ритм, и я даже позволяю себе дернуть уголками губ. Фух, какой дурацкий сумасшедший сон… Сейчас, я ещё минуточку полежу…
Ведомое моими желаниями, сознание включает какую-то монотонную мелодию, тихонько звучащую низким и хрипловатым мужским голосом. Ватное тело опять начинает проваливаться в объятия Морфея. «Нельзя спать, Лиза! Пора вставать!», - веду сама с собой укоризненный диалог и издаю довольное мурчание, когда в волосы на голове зарывается чья-то большая грубая ладонь. Неторопливо прочесывает кожу, и мои губы снова невольно растягиваются. «Ай, да и черт с ней, с этой работой…».
Тихонько ерзаю, устраиваясь поудобнее, и подкладываю ладошку под голову, ощущая рукой твердую и горячую поверхность. Тепло-то как…
Краем уха слышу над собой еле-уловимый смешок. Недовольно мотаю головой, чтобы человек из сна не останавливался копошиться в моих волосах. Шероховатые подушечки пальцев скользят по затылку, доходя до линии роста, и спускаются ниже, на шею…Мелкая дрожь пробирает до кончиков пальцев. Слегка выгибаюсь под действием приятных ощущений и чувствую, как в нос ударяет едкий запах дыма и чего-то горького. Щеку опаляет тяжелое надрывное дыхание. Волоски на затылке приходят в шевеление, и что-то неведомое в моей голове подает сигнал для открытия глаз.
Тихонько тяну носом воздух и осторожно распахиваю веки, утыкаясь взглядом в мрачную серую гладь проклятого озера, по которому неровным покрытием расстелилась мелкая рябь. «Нет-нет!», - тоненько пищит, практически заново покинувший меня, рассудок, и я опасливо кошу взглядом вбок, пытаясь понять, что происходит.
Метрах в двух от меня, извиваясь, танцует скромное пламя небольшого костра, недовольно потрескивая хворостом. Не слышно посторонних голосов, не слышно музыки… Нервно сжимаю пальцы под своей головой и резко замираю, понимая, что лежу далеко не на земле, а на мужских бедрах…
Тело реагирует быстрее всего. Подрываюсь на месте, но тут же падаю на колени, морщась от ужасной рези в затылке.
- Что ты… Как, - мысли путаются, непослушный язык отказывается внятно воспроизводить слова.
- Очнулась, лапуля? – лениво тянет Кай, сверкая янтарным блеском, полыхающих золотом, глаз.
Это я вижу отчетливо. Сейчас, несмотря на головную боль, при утреннем свете, пускай и свинцово-сером, я могу сказать точно: «Мне не кажется».
- Какого хрена тут происходи? Где все? - судорожными рывками оглядываюсь по сторонам, пытаясь по крупицам восстановить картинку.
- Не нервничай, - тихий рокот его голоса проносится по позвоночнику, абсолютно не даря успокоения.
- Где Рада? - бросаю первое, что приходит на ум.
- Её унес в дом Янис, - легко отзывается, перекатывая на языке соломинку и сканируя меня пристальным изучающим прищуром своих ужасных очей.
- А Лёха…?