Уинстон кивнул, на его лице было написано понимание. Реддинг продолжал смотреть на меня без всякого выражения, но совершенно сосредоточенно, и мое беспокойство переросло в настоящий страх.

Я отвела взгляд и посмотрела на экран своего телефона. Это был Джейкоб. Слава Богу. Я нажала на кнопку «Ответить» и поднесла телефон к уху.

— Алло?

— ГДЕ ТЫ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ? — проревел он так громко, что его услышало все кафе.

Я отдернула телефон, прежде чем он разорвал мне барабанную перепонку. Брови Уинстона, сидевшего напротив меня, удивленно поползли на лоб.

— Э-э-э.… простите, я отойду на секунду — Сказала я мужчинам, поднимаясь со своего места.

Я вышла с телефоном на улицу, опустив лицо, чтобы скрыть свои черты, оставив Реддинга, его адвоката и агента ФБР внутри. Я почти слышала, как щелкают камеры на противоположной стороне улицы.

— Джейкоб? — Сказала я.

— Где ты, черт возьми и почему твой телефон был выключен три часа? — выдавил он из себя.

— Я пью кофе с другом, — сказала я. Технически это не было ложью. — Мы случайно встретились, пока я была в отъезде. Я выключила свой телефон в аптеке и, должно быть, забыла включить его снова. Мне жаль. — Вот это уже была откровенная чушь собачья.

— Ты только что наткнулась на своего друга, да? — Спросил Джейкоб сухим, как Сахара, тоном. — Всю дорогу до Херманнсбурга?

Я остановилась как вкопанная. Как, черт возьми, он узнал, где я была?

— Херманнсбург? — Спросила я, изо всех сил стараясь, чтобы в моем голосе не прозвучала паника.

— Согласно GPS-трекеру в твоей машине.

О черт.

— Ты установил GPS-трекер на мою машину? — Спросила я, снова ускоряя шаг. Федералы, должно быть, установили микрофоны в кофейне, и мне не хотелось, чтобы они услышали из этого разговора что-то еще, кроме того, что они уже слышали. — Это неправильно, Джейкоб.

— Не я. Это сделал папа.

Чертов Лиам.

— Но ты все равно использовал его, чтобы выследить меня.

— Да после того, как я потратил два часа, пытаясь связаться с тобой, и папа, наконец, рассказал мне, что он сделал, я использовал его, чтобы отследить тебя. Я думал, что тебя схватили гребаные «Джокеры» или Реддинг. Почему ты не написала мне, что с тобой все в порядке?

Потому что я это спланировала. Я была ничем не лучше Лиама, манипулировала его сыном, намеренно пугала его до смерти, надеясь, что он будет звонить мне снова и снова, чтобы, когда я, наконец, снова включу свой телефон в кафе, его звонок дал бы мне повод уйти.

Меня охватило чувство вины. Я чувствовала себя ужасно не только из-за того, что предала его доверие, но и из-за…

Стоп. Он волновался два часа, прежде чем отец рассказал ему о GPS? Но он сказал, что знал, что он был выключен три часа назад. Что он делал все это время, пока следил за мной?

У меня внутри все сжалось. Боже милостивый, нет.

— Где ты, Джейкоб? — Cпросила я.

— Сворачиваю с шоссе на Херманнсбург.

Ебать! Даже Ник не мог предвидеть, что все так обернется.

— Остановись — сказал я Джейкобу.

— Скажи мне, что ты на самом деле там делаешь, — парировал он.

— Это не переговоры. Тебе нельзя сюда приезжать.

Мое доверие к Нику зашло слишком далеко. У нас с ним была давняя история. Черт возьми, однажды я даже спасла ему жизнь, когда он попытался дотронуться в самолете до чего-то, что могло поджарить его до хрустящей корочки. Этот человек был передо мной в долгу, и я верила, что он не станет меня обманывать. Но Джейкоб? Я не упомянула его в разговоре с Ником по определенной причине. Наемный убийца «Королей» и сын одного из основателей «Призраков» может оказаться слишком лакомым кусочком, чтобы Ник смог устоять. Если Джейкоб появится сейчас, я опасалась, что Ник найдет какой-нибудь способ втянуть его в это дело, раздобудет его фотографии, шантажом заставит вступить в игру с федералами.

— Я так и знал, — сказал Джейкоб. — Как только мама начала вести себя уклончиво, я понял, что ты делаешь какую-то глупость.

— Я не делаю глупостей. Я делаю что-то логичное и продуманное, и тебя здесь быть не должно. Разворачивайся к чертовой матери.

— Нет.

Я собиралась убить его.

Я отняла телефон от уха и сделала несколько глубоких вдохов. Как мне заставить его уехать прямо сейчас? Было ясно, что он вбил себе в голову, что либо я нуждаюсь в спасении, либо ему нужно быть в курсе того, что я делаю, и в его голосе слышалась непреклонность, которая говорила мне, что я ничего не могу сделать, чтобы переубедить его.

Но, может быть, было что-то, что могло бы заставить его больше никогда не приходить мне на помощь: правда.

Я снова поднесла трубку к уху.

— Я встречаюсь со старым другом, — сказала я, понизив голос, чтобы меня не услышали прохожие. — Я не лгала насчет этого. Его зовут Ник, и он работает на ФБР.