Я нажал кнопку, чтобы выключить запись, и экран почернел. На всякий случай я отъехал на кресле от компьютерного стола и остановился напротив окон моей комнаты. У меня дрожали руки, так что я сцепил их за головой, глядя на восходящее солнце. Черт побери, это было близко. Вид выгнутой спины Эли сжег мою сетчатую оболочку, а ее мучительный стон звучал слишком сладко для моих ушей. Если бы я посмотрел еще хоть секунду, я бы уже не смог остановиться.

Слегка обнадеживало то, что во мне еще оставалась капля морали. Может быть, Эли и мастурбировала под видео, которое я ей прислал, но она точно не соглашалась на наблюдение. Конечно, она не соглашалась и на то, чтобы я вламывался к ней в дом, снимал секс-ролик в ее спальне, отправлял ей видео непристойного содержания и наблюдал за ней на работе целыми днями, но граница должна где-то проходить, и сексуальное преследование было вполне неплохой отметкой, чтобы ее провести. Неважно, насколько бунтовала мрачная половина моего сознания, нашептывая, что ей не навредит то, о чем она не знает.

Я уже становился нездорово одержим Эли. Это не могло хорошо закончиться для нас обоих, если не держать себя в руках. Но теперь, когда я рассмотрел ее, я, казалось, уже не мог остановиться, и все мои тщательно составленные планы по медленному погружению и введению ее в курс дела полетели в тартарары.

Она была мне нужна, и вне зависимости от того, была она готова или нет, я собирался подвергнуть ее финальному испытанию.

Я просто надеялся, что оно не закончится для нас травмами или смертью.

Безликий был здесь. Здесь, в моей спальне, на моей кровати, и снимал себя с рукой в штанах. Я должна была сходить с ума от чертова страха из-за того, что незнакомец из интернета вломился в мой дом. И я сходила. Правда. Но еще я была заведена сильнее, чем когда-либо в жизни, и в таком состоянии мне хватило всего нескольких грубых рывков вибратора, прежде чем я с криками кончила.

Я включила вибратор и одной рукой засаживала себе секс-игрушкой, а в другой держала на весу телефон, наблюдая, как мужчина, которого я вожделела месяцами, удовлетворяет себя на этом самом одеяле. Только посмотрите на эти сумасшедшие мускулы! А нож, который он держит свободной рукой! А как его предплечье напрягается и играет, когда он ласкает себя! Он был самой горячей штучкой, что я когда-либо видела, и каким-то образом заметил мои влажные комментарии среди тысяч других, которые ему оставляют ежедневно.

От этого я почувствовала себе особенной. Отмеченной. Избранной.

До сегодняшнего вечера я искренне верила, что моя одержимость – это просто фаза. Что я просто фантазировала, и мое новоприобретенное увлечение было связано исключительно с огромным обилием мужчин в маске в моей ленте. Я была уверена, что скоро в соцсетях появится новый тренд, и вместо масок я к концу месяца перейду на бондаж.

Глупенькая.

Теперь-то я знаю. Для меня это была не просто мимолетная блажь. Это была моя мечта всей жизни, и от потенциальной возможности воплотить ее в реальность я чувствовала себя более живой, чем в последние долгие месяцы.

Но я не была идиоткой. Годы работы медсестрой в травматологии научили меня, что подобное чаще заканчивается трагедией, нежели как-то иначе. Я прошерстила весь свой дом, от пола до потолка, и знала, что его тут нет. Еще я прислонила стулья к входной и задней двери, так же как и к двери в спальню. Я обезопасила себя настолько, насколько возможно, и, избавившись от этого всепоглощающего желания в своем теле, я готова была вернуться к испугу и злости.

Видео началось, и я опустила телефон пониже, чтобы лучше видеть, как Безликий кладет ладонь на свои кубики, а потом невыносимо медленно опускает ее к поясу расстегнутых джинсов. Сначала он двигался сверху вниз, поглаживая свой член от основания до кончика. Я застонала и представила его у себя в руке – настолько толстый, что я едва могла обхватить его пальцами, крепкий как сталь, мягкий как шелк и настолько теплый, что мог бы разжечь все мое тело.

Я не врала в своих комментариях, мне правда хотелось приползти к этому мужчине. И подарить ему самый ступне-сводящий, ного-дрожащий, члено-пульсирующий, простыне-хватательный, душе-высасывающий, яйце-опустошающий оргазм в его жизни. От одной мысли об этом я сама к нему приближалась, так что продолжала представлять эти картинки у себя в голове, пока вставляла себе, смотря видео: как я присоединяюсь к нему в постели, заменяю его руку своим ртом и давлюсь этим членом, пока у меня не слезятся глаза и не сводит киску. Я хотела, чтобы он держал меня за волосы до боли, пока трахает в рот.

Я выгнула шею, чтобы взглянуть на маску – его маску, которую он оставил для меня как некий мрачный сувенир. Было совсем легко представить, как он глядит из-за нее, наблюдая, как я вставляю вибратор глубоко внутрь и удерживаю его.

Мне надоело играть – оргазм был необходим мне как воздух. Небольшое утолщение у основания прибора вибрировало у моего клитора так, что я выгнула спину на кровати. Телефон выпал из онемевших рук, и я зажмурила глаза, пока все мое существо постепенно сосредотачивалось в чувствительном комочке нервов между ног.

О господи, я сейчас…