Я отшатываюсь от них, прижимаясь спиной к стене, в то время как Николай хватает парня за рубашку и выбивает из него все дерьмо.
Боже мой. Николай собирается убить этого парня.
Драка заканчивается так же внезапно, как и началась. Николай отпускает члена картеля, и тот падает на пол, потеряв сознание от полученных ударов.
Когда Николай поворачивается и смотрит на меня, его черты искажены чистой яростью и опасностью, я инстинктивно прижимаюсь спиной к стене.
Он делает шаг ко мне, затем останавливается. Я наблюдаю, как он закрывает глаза и делает глубокий вдох. Опасная вибрация, напрягающая воздух вокруг меня, постепенно исчезает, и когда он снова открывает глаза, он уже спокоен.
Он подходит ко мне, обхватывает рукой мою шею сзади и прижимает меня к своей груди.
— Ты в порядке?
— Ах… — Я издаю недоверчивый смешок. — Я должна спросить тебя об этом.
Николай отстраняется и ласкает мое лицо, его глаза ищут мои.
— Ты в порядке, Эбигейл?
Я быстро киваю, затем шепчу:
— Думаю, да. — Мой язык высовывается, чтобы облизать губы. — Зачем ты это сделал?
На лице Николая вспыхивает гнев, и я наблюдаю, как он пытается снова успокоиться, чтобы не напугать меня.
— Никто не пристает к моей женщине прямо у меня на глазах.
— Ты чуть не убил его, потому что он приставал ко мне? — Задыхаюсь я, находя это одновременно горячим и тревожным.
— Да. — Николай обнимает меня за плечи и ведет в другой конец комнаты, пока дает указания собравшимся охранникам вынести члена картеля из обеденного зала.
Он выдвигает стул и ждет, пока я сяду, прежде чем занять место рядом со мной. Его рука собственнически сжимает мою, и все, что я могу сделать, — это пялиться на него.
Его глаза снова сканируют мое лицо.
— Ты уверена, что с тобой все в порядке? — Он смотрит в ту сторону, где охранники тащат члена картеля к двери.
Официант возвращает стол на прежнее место.
Взгляд Николая возвращается ко мне, и я быстро киваю.
— Я в порядке. Я больше беспокоюсь о тебе.
Хотя его губы изгибаются, он все еще выглядит угрожающе. Качая головой, он говорит:
— Пока ты в порядке, я в порядке.
Я усмехаюсь, затем спрашиваю:
— Так ты ревнивец и собственник?
Он наклоняет голову.
— Если забота о безопасности моей женщины означает, что я ревнивец и собственник, тогда ответ — да.
Клянусь, я немного теряю сознание, когда тепло разливается по моему сердцу.
— Тебе не кажется, что ты немного погорячился? — Спрашиваю я, стараясь сохранять игривый тон, чтобы не расстраивать его.
Николай качает головой.
— Этот ублюдок жив, не так ли?
Глядя на Николая, я понимаю, что он все тот же человек, с которым я флиртовала до изнасилования. Он все тот же безжалостный король кровавых алмазов, которым я была очарована.
То, что он терпелив и любит меня, не делает его менее опасным.
Он просто не представляет для меня опасности.
Его пальцы касаются моего виска, когда он спрашивает:
— О чем ты думаешь?
— Как мне повезло, что я больше не твой враг.
Он хихикает, горячая улыбка расплывается по его лицу. Он притягивает меня ближе и целует в лоб, а затем сует мне в руки меню.
— Что хочешь съесть, любовь моя?
Покачав головой из-за внезапной смены темы разговора, я выбираю французский тост с беконом.
Несмотря на то, что Николай только что избил парня до полусмерти за то, что тот заговорил со мной, с ним я чувствую себя в еще большей безопасности, чем раньше.
Пока Николай озвучивает наши заказы, я снова смотрю на него.
Может, мне стоит открыться ему? Он ведь только и делал, что поддерживал меня.
Боже, возможно, он уже знает, что со мной случилось. Если это так, то я сижу здесь и беспокоюсь по пустякам.
Черт, мне поговорить с ним об изнасиловании или нет?
Николай снова обращает свое внимание на меня, а затем одаривает любящей улыбкой.
Он сказал, что любит меня.
Он был честен в своих чувствах. Может быть, пришло время мне сделать то же самое.
Глава 27
Николай
После долгого дня я только что принял душ, когда услышал стук в дверь.
Я хватаю полотенце и оборачиваю его вокруг талии, а затем иду в гостиную.
— Кто там?
— Эбби.
Мои губы изгибаются, и когда я открываю дверь, глаза Эбигейл становятся круглыми, как блюдца.