Кивнув, я складываю ее книги в бумажный пакет.

— Это все?

— Да. — Она протягивает мне деньги, затем выпаливает: — Я не знаю никаких других мамочек. Ну, мамочек с детьми, близкими по возрасту к Роману. Не хотите как-нибудь выпить кофе?

Не желая обидеть ее отказом, я говорю:

— Оставьте свой номер, и я вам позвоню.

Она записывает его на стикере, затем радостно улыбается мне.

— Будет приятно пообщаться с кем-то, у кого есть ребенок.

Так и есть.

— Я скоро позвоню.

Дружески помахав рукой, Розали выходит из магазина. Я провожаю ее взглядом, пока она не исчезает из поля зрения, а затем смотрю на ее номер телефона.

Мое бешеное сердцебиение успокаивается, и я вздыхаю.

Наверное, я не позвоню.

Тем не менее, я кладу стикер в ящик стола, а затем иду туда, где Винсент играет со своими машинками.

_______________________________

Пока Винсент крепко спит в своей постели, я оставляю его ночник включенным, а сама отправляюсь на кухню. Я мою посуду после ужина и, когда все прибрано, проверяю, заперта ли входная дверь.

Как только я оборачиваюсь, желание проверить переполняет меня. Вздыхая, я трижды проверяю замки, раздраженная тем, что не могу избавиться от этой привычки.

Выключая свет, я иду в свою спальню, оставляя дверь открытой, чтобы услышать, если Винсент позовет меня.

Я открываю верхний ящик своего туалетного столика и убеждаюсь, что пистолет по-прежнему лежит в маленькой запертой шкатулке.

Я купила оружие через неделю после переезда в Пасадену. Я не сторонник оружия, но мне хотелось иметь что-то, чем я могла бы нас защитить.

Закрыв ящик, я забираюсь под одеяло и выключаю прикроватную лампу.

Комнату заполняет темнота, и, закрыв глаза, я зарываюсь лицом в подушку.

В сегодняшней фантазии мы с Винсентом находимся на пляже.

Я слышу смех Винсента сквозь шум волн и улыбаюсь, наблюдая, как он строит замок из песка.

Конечно, на мне бикини, и никаких растяжек не видно. Я идеальна.

Окинув взглядом пляж, я вижу мужчину, который идет к нам. На нем черные брюки-карго… нет, черные плавки. Его кожа золотистая от солнца, и у него такой пресс, что у меня слюнки текут.

Затем наши взгляды встречаются, и, конечно, я в шоке.

Я поднимаюсь на ноги, и слезы счастья льются по моим щекам.

Уголок рта Алека приподнимается в горячей усмешке.

'Я повсюду искал тебя'.

'Ты нашел нас'.

Мы бросаемся в объятия друг друга… Черт, нет, подождите. Я подхватываю Винсента и бегу к Алеку. Он заключает нас в свои крепкие объятия, обещая никогда больше не покидать нас.

Я раздраженно выдыхаю и, ударив кулаком по подушке, хмуро смотрю в темноту.

Он никогда не покидал меня. Эта фантазия — полной отстой.

Мои мысли грозят пойти по запретному пути, когда я вспоминаю, каково это — заниматься любовью с Алеком.

Печаль наполняет мою грудь, и, скучая по нему больше всего на свете, я вспоминаю улыбку Алека.

Я скучаю по тебе, Алек. Каждый божий день.

Хотела бы я, чтобы ты познакомился с нашим сыном. Он так похож на тебя.

Я люблю тебя.

Наконец, я засыпаю.

'Выбирай, кто умрет', — приказывает Проди.

Я привязана к стулу, а на другом стуле Винсент. Не брат Алека, а мой малыш.

Алек переводит взгляд между нами, на его лице написано отчаяние.

'Выбирай!' — Кричит Проди, пистолет на моего ребенка.

'Нееееет!' — Кричу я, испытывая самые ужасные чувства.

Я резко сажусь в постели, мои щеки мокры от слез, а дыхание срывается с губ.

Мое тело дрожит, и только через мгновение я понимаю, что это был всего лишь очередной кошмар.

Мне нужно увидеть Винсента, я вылезаю из кровати и спешу в его комнату. Огромное облегчение наполняет мою грудь, когда я смотрю на своего спящего мальчика.

Осторожно, чтобы не разбудить его, я беру его на руки и несу обратно в свою кровать.

У Винсента никогда не было проблем со сном в собственной кровати. Это мне трудно заснуть одной.

Прижимая его к груди, я делаю несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

С твоим ребенком все в порядке. С ним ничего не случится.

Проди мертв, и он больше не может причинить тебе боль.

Ты в безопасности.

Закрыв глаза, я сосредотачиваюсь на мягком дыхании Винсента.

Ты в безопасности.

Алек

Сидя в частном самолете вместе со своим боссом, я смотрю в окно.

Я закончил обучение в Академии Святого Монарха, и Виктор решил, что хочет, чтобы я был с ним в Лос-Анджелесе.

В течение первого года обучения я разыгрывал спектакль, чтобы люди боялись и держались от меня подальше, но со временем я стал тем человеком, которым притворялся.