— Нет. Я только хотел любить ее.

Я перевожу взгляд на Сэмюэля и указываю на вялый член Нолана.

— Подними его плоскогубцами. Я хочу убедиться, что смогу захватить полностью... три дюйма9? — Я качаю головой. — И это все, что ли?

Сэмюэль с гримасой отвращения зажимает член Нолана плоскогубцами и поднимает его.

— Знаю, — бормочу я. — Но это единственная часть тела, которую Сиара хотела отрезать, так что мы все, блять, будем терпеть ради нее.

Рыдания Нолана усиливаются, когда я подношу пилу к его члену и говорю:

— Клянусь, если твоя кровь забрызгает меня, я, блять, выбью из тебя все дерьмо.

Я взмахиваю пилой всего лишь раз, а затем меня охватывает сомнение, все ли у меня получилось.

— Это все? — Спрашиваю я Сэмюэля, пока крики Нолана не становятся все громче и не начинают меня раздражать.

Сэмюэль отбрасывает окровавленную плоть в угол комнаты.

— Ага. — Похоже, его сейчас стошнит, и я отступаю назад.

— Только не блюй на Нолана. Я не хочу, чтобы он подхватил инфекцию и сдох раньше времени, — приказываю я.

Сэмюэль поднимает руку, и ждет пару секунд, а потом говорит:

— Я в порядке.

— Ты никогда не болеешь. Что с тобой?

— Думаю, буррито, которое я съел сегодня, было не совсем свежим.

— О. — Я выключаю пилу. — Позаботься о ране, чтобы мы смогли вернуться в постель.

Я отступаю назад, и пока Сэмюэль занимается своим делом, оглядываю свое тело, чтобы убедиться, что на мне нет крови. На руке замечаю несколько капель.

Заметив на столе салфетку, я подхожу к ней и вытираю капли. Мой взгляд падает на лицо Нолана, которое побледнело от шока.

— Как ты, Нолан? — Я подхожу ближе к его голове и смотрю на него. — Не отключайся. Сиара прожила с тобой больше девяти месяцев. Наверняка ты сможешь продержаться несколько недель, верно?

Он издает какой-то нечленораздельный звук.

— Уф. — Я качаю головой. — Жаль, что ты такой слабый. — Я похлопываю его по щеке, но его взгляд остается пустым. Он не подает никаких признаков того, что чувствует боль.

Вздохнув, я бормочу:

— Оставь это, Сэмюэль. Он сдох.

Я тянусь за топором и, высоко подняв его, опускаю на шею Нолана. Я наблюдаю, как жизнь уходит из его глаз, а затем говорю:

— Пусть утром парни уберут этот беспорядок. На сегодня все.

Я бросаю топор на стол и выхожу из подвала, а затем мое лицо расплывается в улыбке.

Сиара

Одетая в удобные джинсы, шелковую блузку и балетки, я иду рядом с Сантьяго по дороге в деревню.

Еще не дойдя до главной дороги, я чувствую аромат жареного мяса, и, глядя на ряд коттеджей, вижу людей, сидящих на улице, в то время как другие стоят у столов, уставленных едой.

Повсюду горят костры, и слышен радостный гул голосов. Я даже слышу, как кто-то играет на гитаре.

Я узнаю женщину и приветливо улыбаюсь ей. Я пытаюсь запомнить имена всех, но на это уйдет некоторое время.

Когда мы подходим к коттеджу, я наклоняюсь к Сантьяго и спрашиваю:

— Здесь живут Кармен и Тьяго, верно?

Он кивает.

— И мать Кармен, Каталина.

Я ухмыляюсь, потому что правильно запомнила их имена.

Проходя мимо другого коттеджа, я говорю:

— Здесь живут Педро и Джианна. — Вчера по пути на терапию я познакомилась с Джианной.

— Да. — Сантьяго указывает на мужчину, стоящего у коттеджа через дорогу. — Кто это?

— Марк.

Он начинает указывать на других людей, и моя улыбка становится все шире, когда я правильно называю их имена.

Когда мы доходим до места, где танцуют несколько человек, я вижу Эладио, играющего на гитаре.

Сантьяго подходит ближе к мужчине, который намного моложе меня, и когда он кладет руку на плечо Эладио, музыка смолкает, и Эладио поднимает голову. Увидев Сантьяго, он улыбается.

— Ты полностью выздоровел? — Спрашивает Сантьяго.

Эладио закатывает глаза.

— Прошел месяц. Я как новенький.

Сантьяго наклоняет голову.

— В следующий раз, если ты не наденешь бронежилет, я сам отправлю тебя в больницу.

Эладио кивает, его лицо озаряется любовью к Сантьяго.

— Я больше не повторю этой ошибки.

— Ловлю на слове.

Когда Сантьяго возвращается ко мне, Эладио бренчит на гитаре.

— Есть пожелания?

Сантьяго думает минуту и говорит:

— Hero10.