— Возьмитесь за руки и держитесь позади меня. Я собираюсь вытащить вас отсюда.

Старшая девочка переводит взгляд на меня, затем шепчет в ответ:

— Ты мне помогаешь?

— Вам обеим. Держитесь всегда позади меня. Хорошо?

Когда она кивает, я добавляю:

— Возьми ее за руку и не отпускай. Если со мной что-нибудь случится, забирай ее и бегите так быстро, как только сможете.

Старшая девочка снова кивает, эмоции возвращаются на ее лицо. В ее глазах блестят непролитые слезы.

— Ты такая храбрая. Ты можешь это сделать. Хорошо? – Я пытаюсь хоть как-то подбодрить ее.

Она кивает и крепко сжимает руку младшей девочки.

Я переключаю свое внимание на младшую, затем говорю:

— Не шуми.

Она быстро кивает, и тогда я встаю и иду к двери.

Я прижимаюсь ухом к дереву, прислушиваясь к любому движению за пределами комнаты, затем делаю глубокий вдох, прежде чем распахнуть ее.

Выскакивая в коридор, я вижу двух охранников. Мне удается вонзить нож в глаз одного охранника, а затем кулак другого попадает мне в левое ухо. Я отшатываюсь в сторону, затем, развернувшись, поднимаю правую ногу и ударяю каблуком ботинка ему в висок. От удара он неподвижно оседает на плитках. Вытаскивая свой нож из глазницы мертвого парня, я подхожу к лежащему без сознания и перерезаю ему горло.

Я бросаю взгляд на девочек, поднимаюсь на ноги и начинаю двигаться по коридору. Старшая тащит младшую девочку за собой, и они следуют за мной.

Достигнув верха лестницы, я чувствую, как сердце колотится о ребра, и осторожно наклоняюсь вперед, чтобы посмотреть, что находится на втором этаже.

У подножия лестницы стоят два охранника.

Я на дюйм отступаю за стену и, сняв рюкзак, достаю из него глушитель и прикрепляю его спереди к своему Heckler & Koch.

Мне требуется пять секунд, чтобы выровнять дыхание и успокоить бешено колотящееся сердце.

Сосредоточься, Изабелла.

Медленно я делаю еще один глубокий вдох, а затем двигаюсь. Как только у меня появляется возможность прицелиться в охранников, я нажимаю на курок. Когда первый охранник падает, я всаживаю пулю в висок второму, когда он начинает поворачиваться.

Спускаясь по лестнице, я слышу слева торопливые шаги, и когда появляются мужчины, я начинаю стрелять. Я осознаю, что девушки стоят у меня за спиной, так как продолжаю убивать одного охранника за другим. Пока я перезаряжаю обойму своего Heckler & Koch, входная дверь распахивается, и пуля попадает мне в правую руку, прежде чем я успеваю убрать стрелявшего в нас человека.

Слишком близко.

Я направляюсь к открытой входной двери, все мои чувства в состоянии повышенной готовности. Я постоянно смотрю за нами, чтобы меня не застали врасплох, когда мы выходим из дома.

Держа Heckler & Koch в правой руке, я вытаскиваю Baretta из левого ботинка, а затем открываю огонь по оставшимся охранникам.

Пуля попадает мне в левое плечо, и я стискиваю зубы от острой боли, не теряя при этом концентрации. Я продолжаю продвигаться вперед, пока не падает последний человек.

Убирая Baretta, я кричу девочкам:

— Мы должны бежать! – Я тороплю их к главным воротам, достаю свой телефон и звоню Ане.

— Ты в порядке? – отвечает она напряженным от беспокойства голосом.

— Я вывожу их. Встретимся у входа в дом.

— Хорошо.

Закончив разговор, я бросаюсь к будке охраны и открываю главные ворота. Секундой позже подъезжает Ана, и я веду девочек к фургону. Ана остается за рулем, пока я открываю боковую дверь, а затем запихиваю девочек внутрь.

У меня есть секунда, чтобы сказать:

— Теперь вы в безопасности. – Захлопнув дверь, я бью кулаком по металлу, чтобы Ана уехала, а затем бегу к своему мотоциклу.

Следуя за фургоном, я сопровождаю Ану и девочек обратно в безопасное место, чтобы я могла защитить их в случае нападения, если в дороге произойдет столкновение. К счастью, ничего не происходит, но я испытываю лишь легкое облегчение, когда мы подъезжаем к дому.

Мои мысли возвращаются к двум другим девушкам, которых я не смогла спасти, когда я осознаю пульсирующую боль в плече.

Когда я слезаю с мотоцикла и снимаю шлем, мое внимание привлекает движение на улице. Я сбрасываю шлем и в следующую секунду достаю пистолет и держу его наготове.

У меня перехватывает дыхание, когда я вижу двух девочек постарше, бегущих ко мне.

О, Боже мой.

Мои глаза мгновенно начинают гореть, когда меня охватывает сильное облегчение. Я ошеломлена лишь на мгновение, прежде чем бросаюсь вперед, чтобы убедиться, что за девочками нет никого, кто представлял бы угрозу.

Когда улица свободна, я поворачиваюсь обратно к девушкам и спрашиваю:

— Как вы сюда попали?

— Нас привезли мужчины. Они сказали, что вы поможете нам вернуться домой.

Кивнув, я указываю в сторону дома, все еще держа пистолет наготове в правой руке.

— Давай отведем вас внутрь, где безопасно.