Я скручиваю пальцы вокруг напитка и подношу его к губам, не сводя с него взгляда. Выпиваю. От ликёра меня охватывает тёплый удар, проникающий через мой организм. На мгновение сокрушительная тревога, охватившая меня за пределами казино, похоже, проходит. Я снова стою на полуустойчивых ногах и молча поворачиваюсь по кругу, чтобы осмотреть декадентский интерьер корабля из дерева, гранита и кожи, потому что он определённо не такой простой, как лодка.

На секунду я позволила себе представить, что могу скрыться здесь от всех своих проблем. Даже, если бы это было всего на один день.

— Может быть, я буду не против. — Я прекращаю ходить по кругу, чтобы встретить взгляд Форджа. Его задумчивость вернулась, и я сразу же сожалею о своих словах.

Он идёт ко мне, пока говорит:

— Женщины находятся на этой лодке только по двум причинам — либо трахаться, либо работать. Какую роль выбираешь ты?

Его вульгарное заявление напоминает мне о том, как он отверг меня в субботу вечером в моём номере в отеле казино.

— Ты не хочешь меня трахнуть, так что остаётся только один вариант.

— Кто сказал, что я не хочу тебя трахнуть? — его тёмный взгляд путешествует по моему телу, оставляя огненные следы везде, где он касается.

— Ты.

С бокалом в руке он делает ещё один шаг ко мне.

— Я не хотел мученицу, лежащую как холодная рыба. Когда я трахну тебя, ты будешь полноправным и добровольным участником.

— Когда именно? — смеюсь я, пытаясь сделать ещё один глоток из своего уже пустого бокала. — Ты чертовски самонадеян. — По какой-то причине, когда я произношу эти слова, мой взгляд падает на его промежность, и сквозь тонкий материал его смокинговых штанов невозможно не рассмотреть выпуклость.

— Называй меня как хочешь, но сначала у тебя есть история, чтобы рассказать мне. — Фордж поворачивается, хватает графин и пересекает комнату, чтобы снова наполнить мой бокал.

Я знаю, что мне нельзя пить, но прямо сейчас моя способность принимать правильные решения не работает. На одну ночь я хочу забыть, что моя сестра в заложниках…

Нет. Стоп.

Я делаю ещё глоток ликёра и позволяю ему лечь на язык, оценивая вкус. Рот Форджа будет на вкус таким же.

Неа. Об этом я тоже не думаю.

— Мне нужны деньги. Конец истории.

— Прекрати лгать, Инди, и тогда, может быть, ты узнаешь, что я являюсь хорошим союзником. Потому что, чтобы тебе ни понадобилось, оно у меня есть. — Его полные губы соблазняют меня не только рассказать ему то, что он хочет знать, но и попробовать их.

Нет. Я отвожу взгляд от его рта, пытаясь разрушить чары. Это не работает, так что я прибегаю к единственному способу, который знаю — немного правды.

— Если я скажу тебе, то рискую чьей-то жизнью. Я не могу так рисковать.

Фордж подходит ближе, и я хочу впитать тепло, исходящее от него.

— Чьей жизнью?

— Я не могу тебе сказать.

Его пальцы поднимают мой подбородок, заставляя меня встретиться с ним взглядом.

— Эта яхта оснащена новейшими технологиями. Никто не услышит ни одной проклятой вещи, которую ты говоришь, пока ты на борту. Яхта постоянно проверяется на жучки. С тем же успехом ты могла застрять в снежной пещере в Сибири.

Каждым словом, которое он говорит, он соблазняет меня довериться ему, но я знаю, что не должна.

Его большой палец скользит по моей щеке.

— Индия Баптист, ты удивительная женщина с огромными способностями…

Комплимент и его прикосновение что-то делают со мной. Моё тело инстинктивно движется навстречу ему.

— Но ты также невероятно глупа, отказываясь говорить мне прямо сейчас.

Я дёргаюсь от него.

— Ты — грёбанный мудак.

Взгляд Форджа падает на его промежность, и мой снова следует туда же.

Стояк стал больше?

— Я, возможно, и мудак, но богатый мудак. У тебя нет проблем, которые я не смог бы решить с помощью денег. Скажи мне сейчас то, что я хочу знать, или я собираюсь напоить тебя, соблазнить, и тогда ты расскажешь мне каждый секрет, который когда-либо хранила.

Я задыхаюсь от смеха над его самоуверенным заявлением.

— Ты не можешь ожидать от меня, что я поведу себя в соответствии с твоим планом, когда ты сообщаешь мне его заранее.

— Я всегда получаю то, что хочу.

Я сжимаю губы и делаю ещё один глоток. Из-за отсутствия с утра еды ликёр ударяет в голову быстрее, чем обычно, поэтому я снова сажусь на диван. У меня редко бывает больше одного напитка, потому что за покерным столом мне нужен ясный ум.

Но что-то мне подсказывает рассказать ему всё и позволить Форджу помочь мне решить проблему, с которой я столкнулась. Из всех людей, которых я встречала в своей жизни, он, возможно, был единственным, кто на самом деле мог помочь.