Удовольствие растекается по моему телу, а он лижет, и покусывает, и посасывает, пока я непроизвольно не поднимаю бедра и не прижимаюсь теснее к его рту, требуя большего.

Он замирает, виски перестает стекать по моему телу, и он поднимает голову.

– Что…

– Ты не кончишь, пока я не позволю тебе этого. Но сначала я собираюсь насладиться моим десертом.

Мои соски затвердевают, и все мое тело покрывается гусиной кожей от вожделения.

– Хорошо, – шепчу я. – Пожалуйста, не останавливайся. Пожалуйста.

Я не знаю, что за одурманенное существо просит мужчину лить виски на ее половые органы, но меня это не волнует. Я ожидаю, что он возобновит свои прежние действия, но он делает кое-что другое, кое-что совсем неожиданное.

Он дотрагивается горлышком бутылки до моего клитора. И от прикосновения холодного стекла мое тело пронзает восторг.

Он не собирается… он не может… Мое воображение начинает бушевать, а он продолжает скользить горлышком бутылки все ниже… и ниже… И прижимает его ко входу в мою вагину, но только на мгновение, а потом поднимает бутылку и пьет из нее.

Его адамово яблоко дергается, когда он делает глотки, и у меня в горле пересыхает. Похоже, он может читать мои мысли, потому что он опускает бутылку и наклоняется вперед, так что мои ноги оказываются прижатыми к моему телу.

Он прикладывает горлышко бутылки к моим губам.

– Открой рот.

Он наклоняет бутылку, и я выполняю его команду как раз вовремя, чтобы виски полилось на мой язык. Я глотаю, пока оно не перестает течь мне в рот, и когда я на мгновение расслабляюсь, он снова склоняется надо мной, и толстый, длинный палец без предупреждения погружается в мое лоно.

Спиртное теплом разливается у меня в желудке, а от его ласки мое тело затапливает горячая волна желания. Его темные глаза неотрывно смотрят на меня, и он водит пальцем взад-вперед, а потом наклоняется и прижимается губами к моему клитору.

И упивается своим десертом.

Я уже приближаюсь к оргазму, и его второй палец на мгновение погружается в меня, а потом скользит ниже.

Вау! Я вздрагиваю от непривычного ощущения, когда он водит пальцем по моему анусу. Я открываю рот, чтобы воспротивиться, но он начинает покусывать мой клитор.

У меня вырывается стон, и мощный оргазм сотрясает мое тело.

Когда я, наконец, открываю глаза, он стоит надо мной. Должно быть, он снял мои ноги со своих плеч, хотя я этого даже не осознала. Молния на его брюках расстегнута, а его пальцы сомкнуты на гигантском члене. Я видела не так много членов в своей жизни, но даже я могу понять, что этот – просто монстр.

– Ты хочешь мой член?

Дерзкий вопрос застает меня врасплох.

– М-мм…

– Я задал тебе вопрос.

Он поглаживает свой член рукой, ожидая моего ответа.

Я киваю.

Но этого ему недостаточно.

– Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я трахал твою тугую маленькую дырочку так, чтобы ты даже наутро все еще чувствовала бы это.

– Я… я хочу, чтобы ты трахнул меня.

Мне странно произносить эти слова, хотя это именно то, чего я хотела, когда направлялась в тот бар. Я хотела найти мужчину, достаточно уверенного в себе, который мог бы дать мне то, чего я хотела. Но я не рассчитывала подцепить его.

– Этого недостаточно. Ты искала себе мужчину этим вечером, это ясно. Так что проси то, чего тебе нужно. – Он приблизил свое лицо к моему. – Потому что я дам тебе все это и даже больше этого.

Я задерживаю дыхание. Он прав. Сегодня ночью я собиралась сделать то, чего мне так хотелось, и прогнать чувство вины, которое преследовало меня. Я набираюсь храбрости, приподнимаюсь на локтях, сгибаю колени и развожу ноги.

– Я хочу чувствовать тебя даже завтра утром.

На его лице расплывается довольная улыбка.

– Хорошо. Потому что ты будешь чувствовать это.

Он сбрасывает ботинки, потом снимает брюки и бросает их на пол. Я ожидаю, что он набросится на меня, но он поднимает брюки и достает бумажник.

Черт. Я совершенно забыла взять презервативы из моей аптечки в ванной комнате. Очевидно, я не так уж подготовлена для таких забав.

Но поскольку я, вероятно, не буду повторять это приключение в ближайшем будущем, я не стану волноваться из-за этого. Это еще одна причина, по которой мне следует взять все от этой ночи, пока она не превратилась в смутное воспоминание.

Она так сладостно послушна. В ней есть все, что мне так отчаянно нужно. Ее внутренняя борьба между нерешительностью и ее нуждами настолько сильна, что я вижу отражение этой борьбы в ее глазах. И моя потребность обладать ею взлетает до небес. Я даже не помню, хотел ли я чего-либо так сильно в течение долгого, долгого времени.

Но у нас нет времени на эти размышления, мои дорогие, потому что презерватив уже надет на мой член, и самая сладкая дырочка, которую я когда-либо трахал, умоляет, чтобы он погрузился в нее.