Кажется, и настал момент истины. Я потянулась к шнурку на плаще и развязала его - верхняя одежда спала на пол. От удивления глаза Его Величества заметно расширились. Не говоря ничего, я принялась торопливо раздеваться. Смущение подавить было трудно, но я справлялась.

Когда на мне ничего не осталось, я посмотрела королю прямо в глаза. Он не двигался, лишь пристально рассматривал меня, сжав руки в кулаки.

- Теперь вы можете сделать со мной все, что пожелаете нужным, но после этого я уеду домой, - мой голос дрожал, но слова прозвучали твердо, по крайней мере, насколько это было возможным в подобной ситуации.

Король продолжал молчать. Его большие голубые глаза буквально впились в мое тело своим пронзительным изучающим взглядом. Казалось, что монарх уже ничего не ответит, а я просто умру от стыда.

Пауза затянулась до неприличного долго. Король поднялся на ноги и медленно подошел ко мне. Его хмурый взгляд заставлял мороз бегать по коже. Его Величество будто смотрел мне в самую душу, на ментальном уровне выворачивая ее наизнанку. Я боялась. Этот страх был необъясним, я даже не знала его причин, просто в один миг стало до ужаса страшно.

Король нависал надо мною, словно настоящая скала. Моя макушка едва ли доставала до подбородка короля, а его сильные руки без усилий могут меня сдавить так, что я просто задохнусь.

Монарх взял меня за подбородок и заглянул в мои глаза. Я тихо сглотнула и постаралась сдержаться, чтобы слезы не скользнули по щекам. Эти слезы были лишь последствием моей беспомощности, моей безоружности. Я ничего не могла сделать, лишь отдать свое тело, чтобы удовлетворить плотскую похоть короля.

Монарх отпустил мой подбородок и нагнулся, чтобы поднять плащ. Я перестала даже дышать от сильного перенапряжения. Мое сердце болезненно забилось о грудную клетку, от чего стало невыносимо больно.

Его Величество расправил мой плащ и накинул мне на плечи, а затем укутал, как укутывают родители своего маленького ребенка: с бережностью.

- Я не хочу так, - охрипшим голосом тихо произнес мужчина.

Я непонимающе посмотрела на него.

- Твое желание должно быть вызвано не принуждением.

- Но ведь, вы… - я не сумела произнести свою мысль до конца, в голове творился настоящий беспорядок.

- Я не знал, как поступить, чтобы ты осталась здесь, - резко проговорил король и отвернулся от меня. – Я привык получать то, что хочу без препятствий.

- Но вы можете заполучить любую женщину, - я немного оживилась, надеясь на призрачное снисхождение монарха.

- Мне нужна ты, - мужчина обернулся и крепко схватил меня за плечи, былой страх вернулся.

- Я хочу домой, - единственное, что мне удалось сказать.

- Ты останешься здесь, это приказ. Надеюсь, ты знаешь, что бывает, когда не выполняют королевского приказа?

Я кивнула и ощутила, как по щекам прокатились слезы. Серьезный взгляд короля внезапно смягчился. В нем словно жили две сущности: королевская и его настоящая. Эмоции на лице короля могли смениться в любую секунду, что заставляло человека запутаться окончательно. Я была будто бабочкой, которую монарх умело, опутал паутиной.

- На три месяца, - добавил он. – Если за три месяца я не расположу тебя к себе, то ты вернешься домой.

- Вы не отнимите папиных земель? – всхлипывая, спросила я.

- Нет.

Я плотнее укуталась в плащ, будто он мог меня защитить от короля.

Мужчина тяжело вздохнул и протянул ко мне руку, я тут же отстранилась.

- Не бойся, - тихо проговорил он и большим пальцем смахнул с моих щек слезы.

Это было начало конца. Пробыть при королевском дворе целых три месяца – жестокая участь. Я не готовила себя к тому, что на столь долгий срок буду оторвана от родной земли, но выхода иного не было. Мне пришлось принять правила игры короля, хотела я того или нет.

Часть 10

- Ариадна, ты действительно на это пойдёшь? - в изумление спросил меня отец.

- Да, - твердо ответила я. - Это всего лишь три месяца. Тем более, здесь Элен, так что, я не пропаду.

Папа досадливо покачал головой. В его черных глазах отражалась печаль из-за того, что всё складывается подобным образом.

Мы стояли у ворот, и родитель вот-вот должен будет отправиться домой. Конечно же, я боялась оставаться одна в чужих краях, зная, что здесь у меня совершенно нет защиты. Но я упорно убеждала себя в том, что это лишь временные трудности, с которыми я обязана справиться.

- Я буду писать письма. Скажи маме, чтобы не переживала и передай привет Мэгги и Анне.

Папа крепко меня обнял, и я едва смогла сдержаться, чтобы не заплакать.