Но несколько раз, всё же пришлось остановиться, чтобы свериться с картой. По плану, нам нужно было добраться до Великой реки и ехать вдоль нее, так как она вела прямо к столице.

В целом, все выглядело весьма просто и ничего не могло стать для нас преградой.

Пока мы добирались до Великой реки, то много общались между собой. Папа рассказывал удивительные истории, связанные с рекой, а я внимательно его слушала, как когда-то в детстве.

Порой, мне сильно не хватает прошлого, когда всё было таким простым, таким прекрасным. Ты не понимаешь всей тонкости и сложности жизни, от чего мир кажется лишь еще более привлекательным. По ночам не терзают различные мысли, ты просто спишь и видишь цветные сны.

Но время стремительно и беспощадно уходит вдаль, даже не соизволив обернуться на прощание. Ты вырастаешь и с тоской осознаешь, что самая светлая пора уже в далеком прошлом, до которой невозможно дотянуться.

К вечеру, когда на небе появилась первая заезда, мы уже были на месте. Лошади после долгой скачки с жадностью пили из Великой реки, а я с отцом готовила скромный ужин на костре.

- Ариадна, - обратился ко мне папа.

Он всегда еще, когда я была маленькой, называл меня полным имени. Отец, убежден, что даже ребенок имеет права на уважение и обращение полным именем позволяет малышу ощутить свою значимость.

- Да?

- За последнее время, мы сильно отдалились друг от друга, - родитель поскреб свой гладко выбритый подбородок.

У нас на Юге не принято, чтобы мужчины носили бороду, так как, почти весь год достаточно жарко.

- Приезд короля на всех нас повлиял определенным образом, - несколько философски ответила я.

- Это верно. Мне просто не хотелось, чтобы ты думала, будто я тебя не люблю или ставлю деньги превыше собственной дочери. К сожалению, иногда бывают такие обстоятельства, с которыми нужно лишь смириться, - отец протянул мне кусок рыбы, поджаренной на костре. - Твой вынужденный визит в покои короля и был тем обстоятельством.

- Отец, я все понимаю. Если ты испытываешь муки совести из-за этого, то не стоит. Его Величество был со мной достаточно великодушен, я не жалею, что смогла побеседовать с ним.

- Мне кажется, что ты ему небезразлична, - заявил отец, когда мы ужинали и наблюдали за вечерним небом.

Ветки тихо потрескивали в костре, а лошади неподалеку паслись, постукивая копытами по земле. Вся эта обстановка была настолько умиротворяющей, что даже не хотелось двигаться с места.

- Глупости всё это, - отмахнулась я, и откинулась на траву.

- Едва ли, дочка. Твой волевой характер, а езда верхом! Много ли ты знаешь девушек, подобных тебе?

- Мэгги тоже твердит мне, что король - моя судьба. Она верит в предсказание своих карт.

- Они всегда говорят правду, - заявил папа, доедая свой ужин.

- И ты туда же? - вздохнула я.

- Ариадна, я прекрасно знаю, что по твоей просьбе Его Величество взял с собой Элен.

Я резко поднялась с травы и удивленно посмотрела на родителя.

- Это тебе король сказал?

- Нет, просто ты моя дочь и я прекрасно знаю тебя, - отец по-доброму улыбнулся мне.

И правда, я никогда не умела лгать и что-либо скрывать.

- Ты, верно, заметил по поводу принудительных обстоятельств, - произнесла я и погасила костер.

***

Последующие несколько дней прошли, без каких либо значительных событий. Днем мы ехали, а вечером отдыхали либо у берега реки, либо в таверне, где за отдельную плату предоставляли спальное место.

По мере приближения к землям Севера стало заметно, насколько быстро начала меняться природа вокруг. Вначале, сочная насыщено зелёная листва сменилась на бледно-зеленую. Через некоторое время появились желтые и багровые цвета, а вскоре и тех не стало.

Я и отец ехали в теплых плащах с меховыми капюшонами, которые мы купили на одном из местных рынков. Как выяснилось, нашей одежды было недостаточно, чтобы согреться.

День резко сократился, и теперь нам приходилось ехать в сумерках. Клубы пара струйкой выходили изо рта, а пальцы немели от нечеловеческого холода. Мои губы давно потрескались, от чего временами мне даже было больно говорить. Мысленно я возненавидела короля и его приказ. Пусть после этого меня считают предательницей, но терпеть всё это было просто невозможно.

Когда до столицы оставался лишь один день пути, я совсем выбилась из сил.

- Всё, я больше не могу! Мои руки от холода давно стали синего цвета, - я остановила Агата и спрыгнула на землю.

- Ариадна, мы прошли такой большой путь, нам осталось совсем немного, - отец остановил свою лошадь.

- Мне кажется, что этот проклятый мороз уже под моей кожей, - пробормотала я.

- Дочка, - отец осекся и прислушался к какому-то непонятному звуку.

Я затихла и осмотрелась по сторонам. Ничего не было видно, но где-то совсем рядом раздался шорох.