Кто я для Габи? Просто наивная дурочка, с которой можно спать и временами развлекаться? Такое предположение, словно бритвой полоснуло по сердцу. Нет, он не такой… Но подобный вывод сам собой вырисовался. По сути, я знала о Габриеле не так много как хотелось. Мы никогда не касались прошлого, он тщательно его оберегает. А мне хотелось большего. Хотелось не только тактильно ощущать Габи, но и эмоционально. Вначале мне казалось, что между нами возникла эта эмоциональная связь, но сейчас она стала такой тонкой и прозрачной, будто вот-вот исчезнет.

В конце концов, я больше не могла молчать. Неизвестность начала пугать и навязывать не самые позитивные мысли. Может, у него кто-то появился? Может, я просто стала ему больше не нужна? Чтобы не воображать себе всякое, я терпеливо дождалась Габриеля с работы с твердым намереньем поговорить.

— Как дела? — я решила зайти издалека.

— Нормально, — он как обычно задумчивым взглядом сверлил чашку с кофе. Ну вот, опять он мысленно находится вне квартиры.

— С тобой всё хорошо? — мягко спрашиваю я.

— Да-да, абсолютно, — рассеянная улыбка, неуверенный ответ.

— Точно? — я села к нему на колени и обвила руками крепкую шею.

— Угу, — Габи поцеловал меня в висок и сделал глоток кофе, первый глоток с того момента, когда я поставила чашку на стол. Уже прошло минут двадцать не меньше.

— Тебя что-то беспокоит, я же вижу, — провожу кончиком пальца над темной бровью, я знаю, что ему это нравится.

— Нет, тебе кажется, — опять эта неуверенно-лживая улыбка, от которой мне уже не по себе.

— Габриель, я так больше не могу, — честно признаюсь. — К чему мы идем? — я встала с его колен, отошла чуть назад и обхватила себя руками.

— В каком смысле? — хмурится.

— В прямом. К чему ведут наши отношения? Что будет с нами через полгода? Год? Ты всё так же будешь работать, а я буду ждать тебя по вечерам? Иногда станем видеться с твоими коллегами на каком-нибудь празднике? А что потом? Ты будешь со мной? Уйдешь? Что? — я говорила спокойно, но дрожь в голосе видывала мою тревогу.

— С чего вдруг такие вопросы? — Габриель скрестил руки на груди и окинул мою фигуру внимательным взглядом.

— А почему их не должно быть? Мы стоим на месте, разве ты не видишь?

— А чего ты хочешь? Свадьбы? — он злится.

— Я не об этом говорю. Уже прошло несколько месяцев, а мы стоим в исходной точке. С тобой что-то происходит, но ты упорно молчишь об этом. Это уязвляет меня, я хочу тебе помочь, а ты ведешь себя иногда так, будто мы едва знакомы. Почему так? Почему ты не хочешь мне довериться? Почему держишь на расстоянии?

— Я не держу тебя на расстоянии, — он нервным движением пальцев проходится по волосам.

— Разве? Хорошо, тогда расскажи мне что-нибудь.

— Что именно?

— Что угодно. Был ли ты женат? Есть ли дети? Как ты провел свое детство? Где твои родственники? Первая любовь? Когда твой день рождения, черт подери?! Как ты учился в школе? Сколько еще должно пройти времени, прежде чем ты доверишься мне? Это оскорбляет, знаешь ли. Такое ощущение, будто… будто я тебе нужна только для… для развлечений. Ведь ты не в этой квартире жил до моего появления, сам же говорил. А где тогда? Почему столько сторон твоей жизни для меня находятся под запретом?

— Полина, только не начинай иметь мой мозг, с этой задачей прекрасно справляется работа, — его голос сквозит усталостью и возможно по-хорошему мне бы стоило немного успокоиться, но эта реплика окончательно вывела меня из себя.

— Значит, я имею тебе мозг? Прекрасно! — фыркаю. — Знаешь, а к черту этот разговор. Так и знала, что ничего хорошего из этого не выйдет, — разворачиваюсь и ухожу в гостиную.

— Что ты имеешь в виду? — я не ожидала, что он пойдет за мной.

— То, что наперед знала — этот разговор не получится. Тебе плевать на меня.

— С ума сошла что ли?! — Габриель удивленно смотрит на меня. — Всё что угодно, но уж точно мне не плевать на тебя.

— Да ну? А как иначе охарактеризовать твое поведение? Как бы ты себя вел, если бы я ничего тебе не рассказывала?

— Не знаю, злился бы, наверное, — вздыхает.

— Тогда почему я не могу злиться?

— Злись, но не обвиняй меня в наплевательском отношении к тебе! — быстро расстегивает ворот своей белой рубашке, будто ему трудно дышать.

— Хорошо, тогда давай поговорим. Пусть это будет любая нейтральная тема.

— Рыночная экономика? — уголок его губ кривится в насмешке.

— Ты просто невыносим! Всегда, всегда, когда я хочу тебя расшевелить ты только то и делаешь, что шутишь! Это просто невозможно!

— Окей! — психует. — Хочешь поговорить? Ладно. Насчет того, женат ли я? Нет, никогда не был женат. Дети? Тоже нет. Детство? Детдом. Где мои родственники? Понятия не имею, никогда их не знал и знать не хочу. Первая любовь? Девочка Света — соседка по парте. День рождения? Тридцатое сентября. Учеба в школе? Двоечник! Этого тебе достаточно?!

Я молча стояла и растерянно смотрела на Габриеля. Он повторил в четкой последовательности все те вопросы, что я ему задала на кухне, но это ничего не меняло. Габи слышал, но не вслушивался в суть.