Мы еще долго разговаривали, а затем малая мирно заснула у меня на груди. Я тоже вроде бы временами проваливался в сон, но потом всё равно просыпался и думал о всяком. Я пытался разобраться в себе в своих чувствах, но только сильней запутывался. Какое-то дурацкое предчувствие не давало мне покоя, хотя для таких ощущений не было никаких веских причин. Я влюблен в Полину, по уши, это уже давно неоспоримый факт. Мне не хватает ее, когда я подолгу сижу на работе или нахожусь на деловой встрече. Наш секс целиком и полностью устраивал меня, ровно, как и вся наша совместная жизнь в целом, но горький привкус неправильности всего этого неожиданно почувствовался на языке. Кажется, я начал серьезно загоняться. Пожалуй, всё дело в том, что у меня долгое время не было стабильных отношений, что оставило на мне свой отпечаток. Со временем это пройдет. Такой итог немного успокоил. Я уткнулся носом в макушку Поли, но, не успев закрыть глаза, услышал как завибрировал мобильник.

Я потянулся к тумбочке, взял телефон, глянул на дисплей. Незнакомый номер. Осторожно, чтобы не разбудить малую, я поднялся с кровати и тихо ответил:

— Слушаю.

— Привет, — сердце пропускает удар, когда я в трубке слышу ее голос.

Легкие обжигает нехватка воздуха, я и не заметил, что перестал дышать. Мне казалось, что если этот момент нашего внезапного столкновения произойдет, то я отреагирую гораздо острее, чем вышло на самом деле. Но нет, я держался, правда сердце стучит, как будто с ума сошло.

— Ты? — вопрос вроде бы вырвался из моего горла, а голос какой-то чужой.

— Я, — после длительного молчания, которое практически разорвало мне нервы, слышится ответ.

— Зачем? — подхожу к окну и ничего не вижу, кроме непроглядной ночи.

— Скучала, — краткий смешок больше похож на издёвку.

— Да ну? — самому смешно, только это горький, нехороший смех, от такого и сойти с ума можно.

— А ты разве нет? — привычный грудной голос, который так часто ласкал мой слух, внезапно сменился на нежный голос Поли.

— Что за? — я глянул на экран телефона, звонок сброшен. Чертовщина какая-то!

Возвращаюсь в постель. Полина продолжает смирно спать, свернувшись калачиком. Я обнимаю ее и понимаю, что здесь что-то не так. Запах… Я не ощущаю привычного запаха ванили. Смотрю на малую и замечаю, что вместо светлых волос, на подушке размелись черные кудри. Меня прошибает ужас, я отстраняюсь и едва не падаю на пол. Незнакомка медленно просыпается и смотрит на меня своими карими глазами, в которых я так долго терялся. София… Я видел перед собой Софию.

— Габи? — голос принадлежит Полине и это окончательно запутывает меня. — Что с тобой? — она пытается ко мне приблизиться, и я внезапно просыпаюсь.

Сердце всё так же сильно колотится, а на висках выступил холодный пот. Сон… Всего лишь сон. Я сглатываю и смотрю на малую, она спит. Всматриваюсь в ее лицо, опасаясь в нем увидеть проблески Софии. Нет, к счастью, ее нет. Это Поля, моя Поля. Отдышавшись, словно после длительного марафона я снова ложусь и крепко обнимаю малую, наслаждаясь ванильным ароматом ее волос. Мне становится спокойней, и остаток ночи никаких кошмаров уже не было.

Между нами что-то изменилось и не в лучшую сторону. Я ощущала это так отчетливо, как если бы температура в помещении резко повысилась или наоборот — понизилась. Всё было хорошо… На первый взгляд. Мы встретили Новый год, все праздничные выходные провели вместе, даже к ветеринару съездили и Габриель казался взволнованным состоянием нашего кота, которому я никак не могла придумать имя. Начали искать в Интернете подходящую абстрактную композицию для стены в спальне. Все эти мелкие заботы должны были нас сплотить, но ничего подобного не произошло. Мы начали стремительно отдаляться друг от друга, несмотря на то, что постоянно были вместе. Но лишь физически мы находились рядом, мысленно Габриель постоянно был где-то далеко-далеко.

Я не хотела мириться с этим. Мне было необходимо знать и чувствовать, что Габи здесь, со мной. Без него я ощущала себя невыразимо одинокой. Слишком быстро я привязалась к нему, будто спутник, который уже не может существовать без своей планеты. Я несколько раз пыталась поговорить с Габриелем на тему того, что же его так сильно гнетет и беспокоит, но он каждый раз отшучивался и переводил разговор в другое русло. Меня это обижало и даже злило. Мы ведь не просто встречаемся, а ЖИВЕМ вместе. Я помнила об уговоре, что мне нельзя лезть в дела Габриеля и не лгать ему. Но с первым пунктом с каждым новым днем становилось всё трудней и трудней справляться.