Его пальцы так крепко сжали мои волосы на затылке, что кожу даже немного закололо. Но это была ерунда. Главное, что я достигла своей цели — ослабила напряжение. Оно почти исчезло. Давид был, как натянутая струна, и я всерьез опасалась, что эта струна может просто лопнуть.

— Выпрямись… Пожалуйста, — тяжело дыша, прошептал он и обнял меня.

Теперь пальцы Давида перебирали пряди моих волос, ласкали кожу головы. Я слышала его частое и всегда немного хрипловатое дыхание. Ощущала губами, как бешено пульсирует жилка на крепкой шее.

— Ты сумасшедшая, Ло, — тихо засмеялся Давид, прижавшись лбом к моему плечу. — Ты просто сумасшедшая.

— Ну и пусть.

Когда мы возвращались домой в салоне автомобиля витала расслабленная атмосфера. Играла тихая музыка. Какое-то техно. Поза Давида лишилась прежней напряженности. Он откинулся на спинку сидения, одной рукой управлял машиной, другая неподвижно лежала на моем колене.

Вслушиваясь в ритмы техно, я наблюдала за ночными огнями родного города и бесстыдно наслаждалась тем спокойствием, что разлилось в моей душе. Хотелось, чтобы этот момент продлился как можно дольше, но Давиду кто-то позвонил.

Он нехотя убрал руку с моего колена и принял звонок, поставив на громкую связь.

— Ну что там, Дава? Как всё прошло?

— Предсказуемо, — Давид немного скривился.

— Что-то толковое от тебя хотел Басманов? Или так, не по существу?

— Просто предупредил, чтобы был осторожным, — Давид вжал педаль газа в пол.

— Типа угрожал что ли?

— Нет, Толь. Басманов — это не про угрозы. Просто сказал, что тучи надо мной сгущаются. Предложил помощь. Я отказался. Пусть подавится ею. Я уж как-нибудь сам.

— Ну я другого от тебя и не ожидал. Ладно сами, так сами. А что за тучи? Откуда ждать?

— Думаю, что будут бить фактами и законом. Побояться в лоб шмалять.

— Логично.

— Завтра утром заедешь ко мне. Переговорим еще.

— Замётано.

Телефонный разговор завершился. Рука в собственническом порыве снова опустилась ко мне на колено. Мне это до чёртиков нравилось, но беседа Давида с его помощником заставила насторожиться.

— Мне уже пора начать волноваться? — полушутливо спросила я, чтобы не пугаться раньше времени.

— Всё под контролем. Разрулю, — спокойно ответил Давид и прибавил немного звука.

Когда мы уже были дома, Давид сказал, чтобы я ложилась без него. Он еще будет занят делами. Я честно пыталась уснуть, но у меня так ничего и не получилось. Телефонный разговор в машине никак не хотел оставлять меня в покое. В какой-то момент я и сама почувствовала, что тучи над нашими головами начали сгущаться. Это уже нелепое самовнушение и поиски проблемы там, где ее может и не быть. Но душа почему-то всё равно была не на месте.

Откинув в сторону одеяло, я спустила ноги на пол. За окном зияло черное ночное небо. Встав с кровати, я решила найти Давида. Без него слишком неспокойно, холодно и одиноко. К счастью, долго его искать не пришлось. И, к несчастью, нашла я Давида в той комнате, что должна была в будущем стать детской, но так ею и не стала.

Давид, одетый в обычные пижамные штаны, сидел на полу и разбирал кроватку. Осмотревшись по сторонам, я поняла, что он решил здесь всё убрать. Возможно, даже навсегда закрыть одну из многочисленных дверей, что вели в его болезненное прошлое.

Прислонившись виском к прохладному дверному косяку, я молча наблюдала за тем, как Давид орудует отверткой. Позади него лежало еще несколько.

— Можно тебе помочь? — тихонько спросила я, заранее успокаивая себя тем, что если Давид откажет, то в этом нет ничего плохого и не стоит искать никаких подтекстов.

Он окинул меня быстрым взглядом, затем молча кивнул. Я вошла в комнату, взяла отвертку и опустилась рядом с Давидом. Мы вместе быстро управились с кроваткой, затем я разобрала некоторые детали, что вероятно должны были сложиться в пеленальный столик, но так и не выполнили свою главную функцию.

— Она была беременна, — вдруг признался Давид.

Он по-прежнему сидел на полу, скрестив ноги. Пальцы бездумно игрались с отверткой. Я кивнула, решив оставить при себе тот факт, что и так уже обо всём догадалась.

— Я очень хотел этого ребенка, — Давид замолчал.

Мне было неприятно слышать это. Под ребрами, у самого сердца, взвивалась капризная эгоистичная боль напополам с ревностью. Но это было во мне. Внутри. И демонстрировать мимолётную слабость я не собиралась.

— Я не заходил сюда с тех самых пор, как… Всё это произошло. Духу, наверное, не хватало.

— Давид, я не нарочно сюда зашла. Правда.

— Знаю, — он поднял голову и посмотрел на меня. — Я не виню. И не в претензии. Ты не подумай, Ло. — Давид протянул мне руку.

Я села рядом и тоже скрестила ноги по-турецки.

— Давно нужно было всё здесь убрать, — продолжил он, приобняв меня одной рукой.

— Мог бы поручить домработнице или просто вызвать персонал из клининга.