— Решила его пересадить, — медленно закончила я свою фразу.

— И как успехи? — как ни в чем не бывало, поинтересовался Давид и прошел на кухню.

— Всё отлично, — я последовала за ним.

Послышались тихие шаги Соньки. Она остановилась позади меня и хихикнула.

— Здравствуйте. Давид, правильно?

Давид оставил пакет на стуле и развернулся к нам. Его неодобрительный взгляд лениво скользнул по Сонькиному лицу.

— Знакомы? — он приподнял брови.

— Софья. Я подруга Ло, — Сонька сделала шаг вперед и протянула руку. — Лучшая подруга, — зачем-то добавила она, отвечая Давиду таким же открытым откровенным взглядом.

— Понятно, — он отвернулся к пакету и вытянул из него несколько крупных плиток шоколада, завёрнутых в красивую бумагу и перевязанную узкими ленточками.

Это была не просто плитка, а огромная плита. Я таких раньше не видела. Теперь у меня чуть ли ни на полгода вперед было что к чаю подавать. За шоколадом последовала сетка апельсинов. Всё. Как. Я. Люблю.

Мелочь. Но такая до чёртиков приятная, что я никак не могла прекратить улыбаться. Запомнил. Хотя не обязан был.

— Молочный, — Давид указал на шоколад. — Самый лучший, какой только может быть. И апельсины. Никакой химии. Должны быть сладкими.

— Спасибо, — немного растерянно ответила я.

Привыкнуть к несгибаемой прямолинейности Давида пока что было сложно. Но она не вызвала во мне никакого дискомфорта. Просто это было немножко странно.

— Я, пожалуй, уже пойду, — заявила Сонька.

— Да, конечно. Я провожу.

Повернувшись к подруге, я заметила, что она всё еще неприкрыто рассматривала Давида. Мне это до одури не понравилось. Внутри взвилось нечто колючие и неприятное. Она своим взглядом едва не забралась к нему за шиворот водолазки.

— Идем, — подтолкнула я.

— А он горячий, — прошептала мне Сонька. — Конечно, значительно старше, чем я себе представляла. Но ты знаешь. Мужик, как вино, с годами только лучше.

Меня не смущали Сонькины откровенные фразы. Я уже давно к ним привыкла. Просто то чувство, что у меня возникло к Давиду, казалось слишком светлым и хрупким, чтобы марать его всеми этими пошлыми словами.

— Я б его оседлала. Смотри, Ло, в оба. А то уведут, — давала мне последние напутствия Сонька.

— Еще раз скажешь что-то подобное, и мы больше не подруги, — совершенно серьезным тоном заявила я.

— Да ладно тебе. Помечтать не даешь, — Сонька закатила глаза, забрала плащ и ушла.

Закрыв дверь, я быстро ушла в ванную вымыть руки. Кончики пальцев немного подрагивали и сердце всё еще хотело броситься в пляс.

— Ло, уймись, — прошептала я своему отражению. — Ведешь себя, как дура.

— Ненадёжная у тебя подруга, — вынес вердикт Давид, когда я вернулась на кухню.

Мне нечего было ответить. Сонька никогда меня не обижала, но сказать, что мы были прямо подругами на века, я тоже не могла. Мы просто общались.

Давид уселся на стул, продолжая наслаждаться моим леденцом.

— Вообще-то это невежливо, — заявила я, скрестив руки на груди. — Забирать у хозяйки ее конфеты.

— Хочешь? — он вытянул изо рта почти съеденный леденец.

— Нет. Спасибо. Ешь.

— У тебя есть какие-то дела? — Давид беспощадно разгрыз конфету.

— Нет. Нужно только закончить с кактусом. А что?

— Хочу тебя свозить в одно место. И вообще хочу провести с тобой этот вечер.

— А у меня есть выбор? — я изо всех сил попыталась скрыть улыбку.

— Есть, — Давид выразительно посмотрел на меня, покручивая между пальцами деревянную палочку из-под леденца. — Сказать мне «да».

— Ты всегда идешь вот так, напролом?

— Не привык юлить, — он улыбнулся лишь краешком губ. — У меня есть свободный вечер, и я посчитал разумным провести его с тобой, так как долгое время вынужден был отсутствовать.

— Вы необычный человек, господин Атаманов. Непредсказуемый в своей прямолинейности. Врываетесь ко мне, как к себе домой. Оглашаете план дальнейших действий, не посоветовавшись со мной.

— Только не говорите, госпожа Голубева, что вас это огорчает, — в тон к моему голосу произнес Давид.

— Не знала, что ты так хорошо разбираешься в людях.

— Я вообще в них не разбираюсь, — он снова стал серьезным, в глазах затаилась уже такая мне знакомая тяжелая тоска. — Просто с тобой мне легче ориентироваться.

— Вот как, — я улыбнулась.

— Так ты согласна? — взгляд синих глаз медленно скользнул вверх по моим ногам, коснулся рук и поднялся к лицу.

— Сам ведь сказал, что я отвечу «да».