Зейн почти беззвучно закрыл дверь и прислонившись к ней, взглянул на Адель. Он заметно похудел. Черты лица стали резче. В глазах застыла глубокая задумчивость и усталость. Несколько долгих минут они молча смотрели друг на друга, будто не верили, что теперь всё было по-настоящему.

Что принято делать в таких ситуациях Адель понимала смутно. Она не видела Зейна несколько месяцев. Не слышала его голоса и боялась, что никогда больше не услышит. В тех смешных романтических фильмах, которые иногда любила смотреть Роза пока приводила себя в порядок перед выступлением, главные герои после длительной разлуки крепко обнимались, целовались и еще очень долго не могли отпустить друг друга. Роза в такие моменты едва сдерживалась. Единственное, что ей помогало не расплакаться, это макияж. Вернее, та сумма, которую приходилось регулярно тратить на покупку элитной косметики.

Если Адель и хотелось плакать в момент просмотра такого кино, то лишь исключительно из-за приступа смеха.

Медленно поднявшись, она поправила полы своего халата и также медленно подошла к Зейну. Он неподвижно наблюдал за Адель. Это был всё тот же Зейн, в которого она когда-то неосмотрительно позволила себе влюбиться. И в то же время в его взгляде что-то переменилось. Он будто стал взрослее, если так можно сказать о мужчине, которому не вечера исполнилось тридцать, а гораздо раньше.

Прогнав из памяти все те глупые трогательные сцены из любимых фильмов Розы, Адель не удержалась и отвесила Зейну крепкую и прицельную пощечину. Затем еще одну, но уже по другой щеке. Адель ударила бы еще раз и еще, и так до тех пор, пока ее ладони не онемели от боли. Но в последний миг она всё же сдержалась.

Грудная клетка от частого дыхания тяжело вздымалась, в кончиках пальцев совсем немного покалывало. А волосы… Волосы, которые Адель еще несколько минут назад так тщательно расчесывала, успели беспорядочно рассыпаться по плечам. Пару прядей пришлось сдуть с лица, чтобы они не щекотали кожу и не лезли в глаза.

Зейн напротив, дышал спокойно и продолжал стоять неподвижно. В прошлом такую выходку со стороны Адель он вряд ли проигнорировал. Их ссоры часто напоминали целое сражение, а пространство, где они случались — поле битвы. Но не теперь. Они оба стали старше. Не физически, а эмоционально.

— Ты не имел права так со мной поступать, — прошипела Адель и ткнула указательным пальцем в грудь Зейна. — Не имел, понятно тебе?

Прикусив губу, она на миг отвернулась, чтобы не разревется как маленькая девочка. Заправив за уши волосы, Адель снова повернулась и продолжила:

— Сначала я страшно винила себя за то, что была вынуждена выстрелить в тебя. Но теперь не виню. Теперь мы квиты. Твой яд и моя пуля. Честный обмен, не правда ли? — Адель иронично улыбнулась, перевела дух и продолжила: — Как часто ты планируешь проворачивать такие схемы? Молчишь? Лучше молчи, потому что… Потому что мне до сих пор так сильно хочется тебе врезать, Зейн. Ты даже не представляешь! Не знаю, на что ты рассчитывал, но спешу донести до твоего ведома, что твоей марионеткой я не буду и быть не хочу. Не ту ты женщину выбрал для этой роли, Демон.

Выдохнув, Адель умолкла и почувствовала странную легкость. Она выплеснула не просто слова, а часть тех эмоций, которые приходилось всё это время усердно подавлять. И выплеск этот произошел не просто в пустоту, а попал точно в цель. Попал в того, кто всю эту кашу и заварил.

— Выходи за меня.

Тихий голос Зейна заставил Адель на несколько секунд замереть. Она слишком долго его не слышала. Слишком долго не видела.

— Что? — на выдохе спросила Адель и ощутила, что готова снова вот-вот взорваться. — Ты издеваешься сейчас надо мной? Ты просто исчез. Заставил меня поверить в то, что Роберт — лживый и подлый предатель. Разыграл всё таким образом, что убил моими руками Дэвида. А теперь предлагаешь выйти замуж? Решил, что я обрадуюсь и забуду обо всём? Да что с тобой не так?

— Нет. Я просто понял, что не готов терять такую женщину как ты. Не готов мириться с тем, что вынужден буду тебя отпустить.

— Когда я тебе сказала о своей беременности, ты утверждал…

— Я помню тот наш разговор, — прервал Зейн и неторопливо подойдя к кровати, опустился на нее. — Помню намного лучше, чем ты могла бы подумать. В тот момент у меня не было другого варианта, кроме как отправить тебя и ребенка подальше от эпицентра событий. Но теперь в этом нет необходимости.

— Надолго ли? — не скрывая скепсиса, спросила Адель.

— Надолго, — уверенным тоном ответил Зейн. — Когда я узнал, что на меня готовится очередное покушение, я не знал, что ситуация со временем развернется на сто восемьдесят градусов. Конечно, у меня были кое-какие планы. С помощью фиктивного переворота я хотел усыпить бдительность, выиграть время и подготовить свой следующий ход. Я не исключал возможность, что мне придется действовать твоими руками. Но не был в этом стопроцентно уверен.

— Я должна тебе посочувствовать? — всё еще ощущая в себе злость, поинтересовалась Адель.