Мысль о том, чтобы убраться как можно дальше от этого места и воспитывать ребенка где-нибудь в маленьком уютном городке теперь не казалась ей такой отравляющей. Когда Адель призналась Зейну, что беременна, он сразу обрисовал в общих чертах ее будущее. Адель была невыносима одна лишь мысль о том, что она будет жить с ним порознь. Теперь же, когда вся правда открылась, стало гадко.

— Не так уж и плохо, — снова повторила Адель и покинула террасу.

На следующий день, когда стало известно, что Зейн очнулся и к нему можно ненадолго зайти, Адель решила отложить их встречу. После разговора с Робертом она никак не могла избавиться от гнилого привкуса отвращения.

Жалела ли Адель о том, что собственноручно убила Дэвида? Нет. Возможно, она бы даже немного расстроилась, узнав, что это сделал кто-то за нее. К подведению черты Адель подтолкнул именно Зейн. Подтолкнул таким образом, что она даже этого не заметила, восприняв ситуацию с переворотом за чистую монету. И здесь возникали первые существенные трудности.

Адель не хотела быть куклой, чьи шарнирные ручки и ножки привяжут к невидимым, но достаточно прочным ниткам, за которые постоянно кто-то станет тянуть. Такое желание было продиктовано не гордостью, а страхом перестать доверять. Всем и особенно Зейну. Превратиться в параноика — это было последнее, к чему в конечном итоге хотела бы прийти Адель. Она опасалась, что в один прекрасный день такой «куклой» мог внезапно стать и ее ребенок. Одна этой мысль вызвала у Адель и страх, и ярость.

Она не привыкла поддаваться иллюзиям. И тот мир, в который Адель угодила никогда не стремилась идеализировать. Он был опасен, порочен и далек от общепринятых ценностей и принципов. Раньше Адель по этому поводу редко рефлексировала, но теперь многое изменилось. Она сама изменилась. Система ценностей перетерпела существенную перестройку.

Во все эти игры можно играть в одиночку, но впутывать в них ребенка… Нет. Это было бы уже слишком.

Внутри Адель кипело слишком много различных эмоций. Она опасалась, что если встретиться прямо сейчас с Зейном, то эти эмоции выплеснутся наружу и ничего хорошего такой всплеск не принесёт.

Поэтому Адель решила сначала навестить Гарри и узнать, всё ли хорошо с остальными ребятами.

«Так или иначе, но тяжелого разговора не избежать», — не без злорадства напомнил внутренний голос, пока Адель приводила себя в порядок.

Она знала, что разговор с Зейном будет тяжелым и избежать его не стремилась. Скорей, Адель решила дать себе дополнительное время, еще одну передышку, чтобы в конечном итоге не устроить обычную истерику, неспособную повлиять на ситуацию.

Макс, Бобби и Диего привычно сидели на кухне и о чем-то спорили. Краем глаза заметив в гостиной включенный телевизор, по которому шел бейсбол, Адель сразу догадалась о причине спора. Лора накрывала на стол. Как только она заметила Адель, поторопилась достать и для нее столовые приборы.

— Хорошо выглядишь как для человека, который укокошил Томсона-младшего, — с хитрой ухмылкой заявил Диего.

— Сочту за комплимент, — Адель улыбнулась в ответ и осторожно устроилась между ребятами. — А вы как себя чувствуете?

— Руки-ноги на месте, — тоже улыбнувшись, ответил за всех Макс. — Но не уверен, что готов в ближайшее время повторить этот «аттракцион».

— Да никто не готов, — поддержал брата Бобби и отпил немного пива из своей бутылки.

В этом вопросе Адель была абсолютно солидарна с ребятами.

Лора подала завтрак и принялась заниматься приготовлением кофе.

— Что в новостях говорят? — некоторое время спустя спросила Адель.

— Шумно там у них, — ответил Макс. — Поэтому мы врубили бейсбол. Всё равно ничего нового не услышим.

— Мы и так были в первых рядах, — самодовольно вставил Диего.

— Это мы были, — поправил Бобби. — А ты себе выцепил местечко поинтереснее. На балконе.

За столом снова раздался смех, затем он враз утих, уступив место серьёзности. Дурачиться можно было сколько угодно, ровно, как и намеренно не замечать тех важных тем, что агрессивно требовали внимания. Но рано или поздно всё равно придется заглянуть реальности в глаза.

— Вы уже знаете о том…?

— Что старина Роберт вместе с Зейном и Грассо решили устроить целое представление? — скучающе закончил за Адель Макс. — Знаем. Но по роже Роберта я бы всё равно пару раз зарядил.

— Ну ты же не станешь отрицать, что вся эта авантюра оказалась полезной, верно? — поинтересовался у брата Бобби и глотнул еще пива.

— Хотелось бы, но ты прав — не стану. Тем не менее впредь я в такие игры играть не хочу. Мало ли. Как знать, может, в следующий раз ситуация действительно будет дерьмовой, а я вдруг решу, что это очередной гениальный план, поэтому даже пальцем не пошевелю.

Макс озвучил ровно те опасения, которые не давали спокойствия и самой Адель.