Я проглатываю. Вкусное тепло расползается внутри меня и дарит силы с первой же секунды. Пизжу, конечно. Сил совсем нет, но стараюсь этого не показывать. Не дурак. И не слепой. Вижу, что Ива слишком беспокоится обо мне. И готов поспорить, что все эти три ночи нормально даже и не спала.

— Очень вкусно.

— Правда? — глаза Ивы зажигаются гордостью. — Я старалась.

— Правда.

Я съедаю всё до последней капли и прошу добавку. Ива уносится со скоростью света и возвращается с еще одной порцией. Мне ложку не дает, сама кормит. Я больше не возражаю.

После сытного обеда сажусь в кровати. Пиздец как хочется курить. Шарю взглядом по сторонам.

— Прости, сладкий, но никаких пока сигарет, — Ива чмокает меня в губы и приглаживает ладонью мои взъерошенные волосы.

Я строю страдальческую физиономию, но на Иву она совсем не действует.

Снова ловлю ее за запястье и усаживаю рядом с собой. Рассматриваю ее красивые тонкие пальцы. Обручального кольца больше нет. Я только замечаю узкую бледную полоску, которая со временем сойдет или… скроется за другим кольцом. Моим. Которое я подарю Иве и попрошу стать моей женой.

Хорошо же тебя, Рунаев, отпиздили, раз ты о свадьбе уже задумался.

Не сдерживаюсь и целую каждый палец Ивы. Мне не стыдно за вот такое проявление чувств. Только безмозглые псевдо-альфы считают, что нельзя нежничать со своей женщиной, иначе превратишься в тряпку и пацаны перестанут уважать.

— Я очень испугалась за тебя, — шепчет Ива и трется своей нежной щекой об мою. Наверняка она у меня страшно колючая.

— Нашла из-за чего, — улыбаюсь.

— Дурак, — Ива делает вид, что хмурится, но быстро становится серьезной. — Он из-за меня с тобой всё это сделал.

— Стоп. Смолин — не ребенок. Он — здоровый лоб. К тому же с очень низкой самооценкой. Даже не смей перекладывать на себя его ответственность. Ты сама мне рассказывала, что Смолин разъебал своего конкурента. Или кто там был? Это в его крови, и ты здесь уж точно ни при чем.

— Он не простит мне такого унижения. Я бросила его, считай, при всех. Швырнула кольцо.

— Жалеешь?

— Нет-нет. Ни капли. Просто понимаю, что Макс не успокоится. Непременно захочет отомстить.

— Пусть попробует. Мститель, блядь.

— Я тебя, когда увидела в холле, думала, разревусь от счастья. Такой уязвимой стала, — Ива опускает лоб мне на плечо. — Но и ты такой был… Тебе идут костюмы, ты в курсе? Тебе в принципе идет официальный дресс-код.

— Заметила всё-таки? Знаю, как для тебя важна работа и вот это вот всё. Пришлось своих из офиса напрячь, чтобы костюм привезли. В больничной пижаме был бы не тот эффект. Уверен, ты мне еще сверху тумаков надавала бы за то, что завалился на мероприятие в таком прикиде.

Хочется громко рассмеяться, но пока не получается. Грудина уж слишком болит и внутри не смех слышится, а мерзкий гул.

— По-твоему, я такая бессердечная тварь?

— Ну ты мне уже однажды по роже проехалась, — смех всё равно лупит грудную клетку.

Ива поднимает голову. Взгляд искрит. Ноздри угрожающе раздуваются. Еще чуть-чуть и пар повалит из ушей. Злится. Такая красивая. Такая моя.

— Я пошутил. Просто пошутил, — обнимаю ее и целую в висок. Она мгновенно расслабляется в моих руках.

Внезапно раздается звонок в дверь. Ива дергается и поднимает на меня испуганный взгляд.

Она и в самом деле боится. Ее эмоции совсем не напускные. Искренние. От этого мне хочется еще сильней защитить ее.

— Подай мне, пожалуйста, джинсы и футболку, — прошу и киваю на шкаф.

— А если это он? Я тебя не пущу к нему.

— Всё будет хорошо, — целую Иву в лоб. — Это не Смолин, а скорей всего мой брат.

Ужас на лице Ивы становится только ярче.

— Брат?

— Причем старший. Он знает о том, что случилось.

Ива поджимает губы, встает и достает из шкафа мою одежду.

Звонок не утихает ровно до тех пор, пока я, ковыляя не подхожу к дверям, чтобы открыть их. Ива, конечно же, не отсиживается в спальне и стоит за моей спиной. Моя маленькая храбрая девочка.

Щелкаю замок. На пороге, как я и думал, стоит Адиль.

Не знаю, нарочно родители это сделали или нет, но принципиально разные по звучанию имена они нам с братьями не подарили. Адиль, Наиль и Рамиль. Этот маленький факт всегда мне казался чуточку забавным.

Старший брат мажет по мне изучающим взглядом. Я отступаю чуть назад, он молча заходит и без лишних слов обнимает.

— Мои ребра, — сдавленно шепчу.

Адиль отпускает меня. Его хмурый, как у отца, взгляд скользит мне за спину.

— Это Ива, — знакомлю. — Ива, а это мой старший брат — Адиль.

— Очень приятно, — она подходит ко мне ближе и сплетает наши пальцы рук. — Проходите.

— Матери хоть позвони. Она с ума там сходит.

— Зачем ты ей рассказал?

— Как будто от нее можно что-то скрыть.