Он не ответил сразу. Не похоже, что ему нужно было об этом думать, скорее, он просто осознавал, как далеко зашел.

— До аварии.

Что-то было недосказано, и я почувствовала, что мы оба это знаем.

Джаред так настаивал на том, чтобы мы не встречались, предупреждая, что это только навредит нам. Но я не понимала, как прошлая ночь могла быть ошибкой, особенно когда он спал, а я проснулась с легким чувством в груди.

— Видишь, я тебе подхожу. — В комнату проникало все больше солнечного света, поэтому я знала, что он видит мою улыбку. Когда его хватка ослабла, я приняла это за ответ и спросила: — У тебя есть время на завтрак?

Он кивнул, и я наклонилась вперед и прижалась губами к его щеке, вдыхая аромат его бороды. В этих волосах было так много наших следов, часов, проведенных за вкушением и наслаждением. Мы перешли в душ, затем на кухню и закончили на скамейке перед моей кроватью. По меньшей мере, час мы разговаривали о нашей жизни, прежде чем, наконец, заснули.

Мне была неприятна мысль о том, что скоро ему придется уйти.

— Дай мне несколько минут, — тихо сказала я, целуя то же самое место, а затем отстранилась и встала.

Зная, что Джаред смотрит на мою наготу, я медленно прошла через всю комнату в ванную, в конце концов, закрыв за собой дверь. Я чувствовала его взгляд на себе всю дорогу. Это была одна из причин, почему мое лицо раскраснелось, когда я посмотрела на себя в зеркало над раковиной. Другая причина заключалась в том, что я уже давно не испытывала таких чувств к мужчине, и мысль о Джареде прожигала меня насквозь.

***

Я села рядом с Джаредом у стойки, в том самом месте, где намеревалась поесть вчера вечером, пока ужин не принял совсем другой оборот. Поскольку я не планировала завтракать, а я обычно ем не больше яйца, мне пришлось импровизировать. К счастью, я нашла в морозилке розмариновое печенье, которое поджарила. Затем сделала яичницу-глазунью с зеленым луком и грибами, а на гарнир подала помидоры на гриле.

— Господи, твоя стряпня становится все лучше, — сказал Джаред, подняв взгляд от своей наполовину съеденной тарелки и потянувшись за кружкой кофе.

— Спасибо. — Я отложила вторую часть бисквита и начала резать помидор. — Подожди, пока ты действительно не почувствуешь, как я ем.

Он уставился на мой рот и улыбнулся.

— Ты так говоришь, как будто это событие.

Мы оба начали смеяться, и это было необходимо, поскольку этим утром все было серьезно.

— Я просто имею в виду, что будет весело, когда я действительно смогу присоединиться к тебе, — уточнила я.

Еда проникала в мое горло, и все это было очень вкусным. Это были огромные улучшения, но я все еще не была в нужном мне месте, и его лицо сказало мне, что он тоже это знает.

— Я думаю, это связано с полетами.

Я кивнула.

— Думаю, ты прав.

Он прикоснулся ладонью моего лица и еще немного повернул меня к себе.

— Тогда полетай со мной. Это все исправит.

Мое сердце заколотилось в груди. Мои руки покалывало.

Когда я смотрела ему в глаза, мне так хотелось дать ему ответ, который он хотел услышать.

Но не могла.

Я не была готова.

Джаред наклонился вперед и коснулся губами моего лба.

— Все в порядке. Я знаю. — Он оставался в таком положении несколько секунд, пока не добавил: — Билли, мне нужно идти на работу.

Я знала, что он скоро уйдет. Он был уже одет, его телефон лежал в кармане, и звук звонка был почти непрерывным.

— Спасибо за завтрак… и за прошлую ночь.

Он отстранился, выдохнув на мое лицо, и от его взгляда у меня чуть не перехватило дыхание. Он был преследующим, таким болезненно напряженным. И как его борьба, я была причиной этого.

— Не за что, — прошептала я, а затем встала с табурета. — Я провожу тебя.

Грусть закралась в мою грудь, пока я шла через кухню к входу в свою квартиру. Когда я подошла к двери, я открыла ее, и Джаред остановился передо мной. Он положил руки на мою талию и поцеловал меня. Достаточно было лишь легкого прикосновения его губ, чтобы вновь разгорелась страсть, которая пульсировала между нами прошлой ночью.

— Билли… — тихо сказал он, отступая назад. — Я скоро с тобой поговорю.

А потом он ушел.

ХАНИ

ОСЕНЬ 1986

— Ожидание просто убивает меня, — сказала Хани Эндрю, когда они сидели на краю кровати.

Эндрю обхватил жену руками с тех пор, как она села на кровать несколько минут назад. Мысль о том, что ждет ее в ванной, была просто ошеломляющей. Если бы он не обнял ее, она бы начала расхаживать взад-вперед.

Потому что…

Она опоздала.