Я протянул руку вперед, чтобы взять блюдо, и ее взгляд встретился с моим в тот самый момент, когда моя рука коснулась миски. Это выражение вернулось в ее взгляд ― тот самый, который был в ту ночь, когда я почти поцеловал ее. Тот самый, который заставил меня начать войну с собой, чтобы убедиться, что я этого не сделаю.

И теперь я снова был здесь.

— Билли… — В моем теле билась потребность, твердея от того, как сильно я хотел оказаться внутри нее. Но логическая сторона, часть моего мозга, постоянно напоминала мне, почему это была плохая идея. Настолько, что мне пришлось снова сказать ей: — Мы не можем этого сделать. Это не поможет ни одному из нас.

Билли ненадолго опустила взгляд, ее язык скользнул по нижней губе. Она была влажной и блестящей ― сочетание, которое было очень сексуальным в ней. Медленно, этот пронзительный взгляд вернулся ко мне.

— Тогда почему ты так смотришь на меня?

ХАНИ

ВЕСНА 1986

— С первой годовщиной, детка, — сказал Эндрю на ухо Хани.

Она прислонилась к его боку, положив голову ему на плечо, и смотрела на закат с пляжа на Арубе.

— С годовщиной. — Она поднесла бокал с шампанским к губам и сделала глоток как раз в тот момент, когда солнце опустилось за горизонт, добавив еще больше красок в и без того потрясающее небо.

Хани не могла поверить, что ровно год назад она вышла замуж за Эндрю перед прекрасным маяком. В каком-то смысле казалось, что год пролетел незаметно, многое в ее жизни изменилось за это время. Их квартира была полностью обставлена, она получила повышение, у Валентайн появился парень, и они вчетвером сходили на несколько двойных свиданий. Но во многих отношениях год тянулся, напоминая ей о том, сколько раз у нее были месячные, о том, что ей придется подождать еще месяц, чтобы узнать, сработали ли их усилия.

С каждым месяцем моменты становились все мрачнее.

Никто в ее жизни, казалось, не понимал ее, поэтому она ни с кем не говорила об этом. С каждым днем ей становилось все тяжелее. Хани была замужем за самым замечательным человеком, у них был великолепный дом, и она любила свою работу. Всего этого должно быть достаточно. Так и было в течение короткого времени, а затем желание стать матерью пришло с новой силой.

— У меня для тебя кое-что есть, — сказал Эндрю, целуя ее в макушку.

Хани отстранилась от его плеча и посмотрела на мужа. Они уже обменялись подарками в Портленде на прошлой неделе, и эта поездка была вторым подарком Эндрю для нее. Коробка, которую он только что достал из кармана, была третьим подарком.

— Открой ее.

Она покачала головой, встретившись с мужем взглядом.

— Эндрю, ты слишком много для меня делаешь.

— Это делает меня счастливым. — Он кивнул в сторону своей ладони, где все еще лежала коробка, побуждая взять ее у него.

В конце концов, она так и сделала, сняла золотую бумагу и подняла крошечную крышку. Когда она увидела, что находится внутри, ее глаза наполнились слезами, а губы слегка задрожали.

— Они так невероятно красивы. — На дне коробочки лежала пара бриллиантовых сережек круглой формы, на размер больше, чем те, что она носила. — Я влюблена в них.

— Твое запястье следующее. — Он поднял ее руку, поцеловал в центр, повернул ее, чтобы погладить с другой стороны. — Может быть, еще одно ожерелье после этого.

Ее взгляд вернулся к его.

— Я собираюсь дать тебе все, что ты когда-либо хотела. — Эндрю переместил руку на ее щеку, проведя большим пальцем по коже взад и вперед. ― И я собираюсь подарить тебе ребенка.

Хани смотрела на него, темно-розовое небо создавало теплое сияние на их коже. Слезы, которые были в ее глазах, начали капать. Он знал. Он всегда знал, но сегодня это поразило ее еще больше.

— Я верю тебе, — прошептала она.

Он поцеловал ее, прежде чем отстраниться.

— Тогда перестань думать об этом и доверься мне.

ДЖАРЕД

Почему я так смотрю на нее?

Потому что в моей голове снова происходила битва, и я делал все возможное, чтобы не уронить эту миску и не притянуть ее в свои объятия.

Я не мог этого сделать. Не мог поддаться искушению.

Не мог переступить чертову черту, даже если ее сторона была той, на которой я хотел быть.

— Джаред… — Билли напомнила мне, что задала мне вопрос.

Когда я ничего не сказал, она выпустила миску, и я тут же поставил ее на столешницу, устремив свой взгляд вслед за ней.

— Спасибо, — тихо сказала она, переходя к кастрюле, чтобы сделать миску для себя.

— За что?

— Дал мне отдохнуть от твоих глаз. — Она взяла что-то из ящика.

— Что это значит?

Она повернулась ко мне и замерла, когда наши взгляды встретились, но она не отдала мне утварь.